Я – другой. Книга 2

А теракты? Представляешь человека, который может перехватывать управление самолетом? На борт даже бомбу проносить не надо!

– Но все равно, это ж были гражданские. Где была полиция? Армия?

– Гражданские?! – Максим рывком оторвался от стола.

– Эй-эй-эй! – Гвоздь примиряюще поднял руки. – Я ж не в курсе, что у вас произошло, мне просто интересно.

Майор вспомнил, что Гвоздев действительно ни при чем, мысленно одернул себя и продолжил:

– Правительство попыталось взять установку модов под свой контроль.

Ну, знаешь, всякие там строгие сертификации и лицензирования для модов, разрешительная система для людей, которые их устанавливают. Тут же возник черный рынок, улучшения стали ставить в каждом подвале. Когда попытались задушить и его… тут началось. Сначала митинги с протестами. В духе «наше тело – наше дело».

– В общем-то, оно так и есть.

– Ага, только эти «тела» раскидывали полицейские машины, как игрушки. Я в оцеплении не стоял, армию до последнего в конфликт не вмешивали.

Но по новостям переломанных ментов видел, которыми все больницы забиты были. Эти протесты однозначно кто-то подогревал снаружи. Импам пошли поставки боевых модов и оружия. Молодежи задурили голову идеологией: «Стань лучше уже сегодня!»

– И тут вмешалась армия, – предположил Гвоздев.

– Ага, президент отдал приказ. Затянули с этим приказом, ох затянули… – Майор замолчал, уставившись в одному ему видимую точку на потолке. – В часть, где я служил, ночью ворвались модифицированные. От полка из двух тысяч человек в живых осталось несколько офицеров да наряд, который в оружейке заперся.

– А ты как выжил?

– В штабе округа был. Нас там учили, как надо объяснять солдатам, что импы нам не враги. Что они наши сограждане, просто слегка запутавшиеся.

– А дальше была анархия.

Майор кивнул:

– Несколько сражений мы выиграли, несколько – они. У нас еще оставалась артиллерия и авиация. Но много ими навоюешь, когда враг скрывается в жилых кварталах большого мегаполиса? Часть городов объявила себя свободной от имплантов, другие, наоборот, начали упиваться возможностью изменять свои тела.

Правительство кое-как еще функционировало. Собрали, какие смогли, огрызки частей и отправили в центры переподготовки. Я попал под Омск, на инженерный полигон. Там нас улучшили, а вытащив из генных реакторов, сколотили на скорую руку батальон.

– Ты мне не верил насчет регенерации. А я что-то не особо верю, что вы лет пятьдесят воюете.