Пятый всадник

Хотя до узбеков, честно говоря, мне было еще далеко. Один раз посмотрел, что едят те, что жили в соседней комнате, и чуть не вырвало. Потреблять плов с куриной кожей вместо мяса я пока не готов.

На грузовой площадке, что открывалась моему взору, вовсю кипела работа. Незадолго до этого сюда разгрузили целый длинномер арматуры. Свалили на землю ее довольно быстро – помог автопогрузчик, а вот потом началось самое интересное. Двенадцатиметровые хлысты нужно было затащить на третий этаж. Разумеется, по лестнице или на лифте это сделать было совершенно нереально, и рабочие, занимавшиеся этим делом, арматуру протягивали сразу в окно третьего этажа.

Один спускал из окна веревку, которую приматывали к концу двух хлыстов, а затем, пока тот сверху тянул арматуру наверх, два других ее подталкивали снизу. Большую часть времени те, что были снизу, просто стояли. Видимо, ждали пока те, что сверху, не подтянут поднятые хлысты куда нужно. Прикинув хронометраж этих действий и пересчитав на количество лежащей на земле арматуры, я присвистнул. Ребятам так работать до ночи. Им бы еще парочку человек, и тогда скорость можно было бы увеличить почти в два раза.

– Эй, братан! – раздался вдруг голос за спиной, отвлекая от созерцания этого зрелища. Я даже вздрогнул от неожиданности и повернул голову.

Рядом со мной стоял весьма упитанный мужик лет сорока чуть выше среднего роста. По виду больше всего походил на какого-нибудь руководителя среднего звена.

– Ты чего здесь делаешь? – продолжал между тем он.

«Господи, да какое твое собачье дело?» – возмутился мой внутренний голос, так как тон, которым это было произнесено, не оставлял иллюзий по поводу культурного уровня обращавшегося. Однако решил не обострять. Во-первых, товарищ просто в силу своего воспитания может не понимать, как вообще следует обращаться к незнакомым людям. Ну и еще одна немаловажная причина – это может быть какой-нибудь местный начальник, а поругаться с таким, значит, лишиться здесь работы.

Поэтому постарался ответить как можно более нейтральным тоном.

– Работаю здесь.

– Где? Не на винторге, случайно?

Произнесенное название ни о чем не говорило. Но, по крайней мере, грузили мы не вино, а какую-то оргтехнику в коробках.

– Не-а, вон там, на восьмых воротах, – и я махнул рукой туда, где мы работали.

– А сейчас чего не работаешь?

– Так обед же.