Торианская империя. Книга 2. Путь в неизвестность

– Можете остаться во дворце, если хотите. Не вижу для вас смысла лететь домой, тратить время на полёт. Выспаться уже не получится.

– Это вовсе не обязательно, – попробовал оправдаться Аргон, но был перебит Дасарием.

– Аргон, не нужно возражений… я не хуже тебя знаю, что такое правление. В последние годы я и сам что-то стал очень сильно уставать и прекрасно осознаю, что такое нормальный сон для таких как мы. С разработкой плана не тяните. Если появятся другие варианты для наших действия – немедленно докладывайте мне, – и поясняя, добавил, – хотелось бы уладить этот вопрос, не прибегая к задействованию имперских войск.

Доброго времени, господа, – попрощался с адмиралами император и отпустил обоих.

На выходе из зала, адмиралов встретили Латуций Зариб и два охранника из числа безмолвных, которые встали на страже возле дверей.

«Когда шли к императору, их почему-то не было, – подумал Саредос».

За столько лет он привык к этим солдатам, и, мало того, безмолвные были на борту Сагири, участвуя в одной секретной операции.

Навыки этих солдат потребовались как-то для поддержки оперативной группы, и Саредос выпросил пятерых солдат у Верховного адмирала. Справились они на отлично, и миссия была на удивление успешной. Глупо было после подобного отрицать полезность безмолвных.

– Постой, – окликнул Саредоса Аргон, заметив, что тот сразу отправился в свои гостевые комнаты. Саредос остановился и повернулся к верховному адмиралу. Аргон сделал несколько шагов и нагнал Саредоса.

Взяв одной рукой за плечо Саредоса, Аргон Макариа отвёл его чуть в сторону подальше от сопровождения, так чтоб не было слышно, о чём они говорят.

– Что за секретность такая? – удивлённо поинтересовался Саредос.

– Ничего секретного! Просто хотел узнать твоё мнение о сегодняшней встрече прежде, чем разойтись по своим покоям.

– Видимо, ты интересуешься моим мнением о реакции Дасария на наше предложение?

– Именно! Мне показалось, что он сильно нервничал, больше чем обычно.

– Я бы тоже нервничал на его месте, если б по истечении стольких лет работы вдруг всё резко изменилось, и мне предложили бы самые крайние меры, на которые мы не пошли пять лет назад.

Аргон пронзил взглядом собеседника и резко спросил:

– Ты сомневаешься? Позволь тебе напомнить, что во время разговора в шаттле, когда мы сюда летели, это именно ты сделал такое предложение, с которым я склонен согласиться.