Империя полураспада

 – Трахаешься с кем попало в моём кабинете, да ещё трусы забываешь?!

– Я… я…, – испуганно запищала Наташка. – Это не мои.

– Не твои! – зарычал Краснов и вдруг задрал Наташе юбку.

Может быть, секретарша и пользовалась иногда диваном шефа, но в этот раз трусики оказались на месте. Краснов тут же отпустил руку девушки и полез в карман за носовым платком, потому что его прошиб холодный пот. Наташка отпрянула и принялась массировать заломленную руку.

– Ладно, ты извини. Но кто это!!! И в моём кабинете!

– Я не знаю, – всхлипнула Наташа.

 – Я, правда, не знаю, – и она со слезами на глазах ретировалась в приёмную.

– Так, – майор тяжело опустился в кресло. – Это уже становится интересно.

Он выдвинул ящик письменного стола, бросил туда чёрные трусики и задумался. Выходит, кому-то дорогу перебежал. Кому? Рожнову? Да нет, у него мозгов на такое не хватит, он сейчас пожаром занят. Подполковник Наливайко Родиона никуда не отпустит.

Но капитан – ценная рабочая лошадка, а у лошадки должен быть хозяин.

Ничего, пускай лезут. Им до ящика всё равно не добраться. А если и доберутся, то не смогут отключить ретрансляцию. Здесь всё схвачено. Вот если Рожнов не погибнет и выберется из пекла, то предстоит разборка по поводу жены. Причём, бедняга даже не подозревает, кто она такая. А Татьяна настоящая женщина!

Краснов мечтательно закрыл глаза. Перед ним снова возникла прошлая бурная ночь. Майору снова было до одури приятно вспоминать происшедшее, несмотря на бесславный финал.

От сладостных дум его отвлёк телефонный звонок.

Наташа по селектору сообщила, что его по телефону добивается какая-то женщина. Сердце у Краснова на миг ёкнуло. Низкий бархатный голос он узнал сразу.

– Ну, здравствуйте, товарищ майор, – официально поздоровалась трубка женским голосом. – Что ж это вы проколы допускаете? Вам прекрасно известно, что нам сейчас ошибаться нельзя. Категорически запрещено! Не забывайте, за одну свою, казалось бы, совсем незначительную ошибку человеку приходится отвечать всю оставшуюся жизнь.

Вы, Пётр Петрович, офицер и настоящий мужчина, так что такие проколы, мягко говоря, непростительны.

Официальное обращение заставило Краснова вздрогнуть и лихорадочно искать оправданий своему ночному визиту к любовнице. Но нельзя же сваливать в одну кучу и дела, и личные отношения?

– Личные отношения не должны мешать поставленной задаче, – тут же ответила трубка, будто подслушивала промелькнувшие в голове мысли. – Они приходят и уходят, а общее дело остаётся.