Вдох-выдох. Вдох

 – Сагэ зашатался, потом начал жестикулировать активнее, да так, что содержимое бутылочки щедро окропляло паркет. Совладав со своим состоянием, он налил в бокал порцию, а затем протянул его своей собеседнице и продолжил:

– Ты утомленный и измотанный капитан судна, вновь смотришь в зеркало, и каждая клеточка тебя наполняется воодушевлением. Потому что ты смог. Ты прошел. Твой корабль цел, хоть и имеет пару новых ссадин.

Закончив повествование, которому были отданы все силы, Сагэ развернулся и удалился, буркнув через плечо:

– Дорогая, я в душ.

Кьор же осталась переваривать озвученную притчу. Она тяжело устала, а ее фантазия отказывалась воплощать только что услышанную картину. Еще и эти пятна на паркете.

_______________________________

_______________________

От поглощения на кухне полезного для здоровья напитка прошло чуть больше полугода. Кьор вросла в профессию и стала заметно выделяться на фоне всех остальных тружеников. Кого-то она изящно подвинула легким движением бедра, кто-то не смог совладать с чувством яростной конкуренции и ушел сам.

За весьма короткий промежуток времени Кьор выбилась в лидеры и показывала стабильно хорошие результаты. Она сама и не ожидала такого эффекта, быть может, именно этого признания ждала все эти годы? Для этого момента берегла свои идеи и рой неугомонных мыслей. Пребывая долгое время абстрагированным от мира сего, внутри аккумулируется достаточная энергия с добрым десятком возможных ходов ее реализации. Все стало просто: настал ее час, время для побед пришло.

До этого часа мы все были простыми. Чуточку наивными, чуточку доверчивыми. Добрыми и беззаботными. Неприятности режут крылья нам, с каждым разом делая их короче. И вот, чем ближе подбираемся к зрелому возрасту, тем нам более не хватает размаха крыльев в масштабе комнаты. Лица у нас становятся все злее, лицемерность входит в привычку, а вся эта гримаса прячется за улыбкой. Такой же фальшивой, как клятва алкоголика, уверяющего, что бросит пить, как только ты подкинешь пару звонких монет.

Не давай людям, проблемам и прочей шелухе сдерживать твои крылья. Слышишь, не давай.

Вот она, жизнь, наконец-то поворачивается лицом, а не этим пухлым местом, с которым Кьор провела всю свою жизнь. За долгие годы ей впервые стало спокойно. Многие нервничают, не в силах тянуть все одновременно, поддерживать привычный образ жизни, соблюдая баланс между сферами жизнедеятельности.