Ослиная Шура

Красота!

Из другого клуба по интересам тут же переспросили, усиленно напирая на «р» и активно грассируя:

– Простите, а не подскажете ли, любезный, когда и куда за своей долей зайти можно?

Самое удивительное, что вскоре оба оратора вместе с нализавшимся Гиляровым оказались под одним столом то ли от количества принятого, то ли от творческих поисков залежалой истины, но Шура не стала их беспокоить, подсказывать фабулу советско-еврейского бестселлера. Она просто ушла по-английски.

Пусть пишут, на то они и художники… то есть, рисуют, на то они и писатели…

От нечего делать или от настигшей её грусти Шура решила прогуляться по Садовому, зайти на Новый Арбат – на людей посмотреть, себя показать. Идя к Никитским Воротам, девушка, повернув за угол, но с разбегу уткнулась носом в чью-то грудь обтянутую кожаным пиджаком. Мощный обладатель кожаного пиджака ловко прикрыл рот девушки не менее мощной ладошкой и затащил в парадное какого-то дома.

Всё произошло так быстро, что Шурочка не успела ни сообразить, что к чему, ни крикнуть, ни пискнуть. Даже испугаться не успела.

– Тихо, Татьяна Юрьевна. Тихо, – пророкотал широкоплечий верзила. – Вам ничего не сделают, если будете умницей.

В полутёмном подъезде оказался ещё кто-то. Этот кто-то бесцеремонно облапал пойманную жертву, обшмонал карманы модного женского плаща, а заодно больно ущипнул попу. Шурочка дёрнулась, но в мускулистых руках «кожаного» она была как муха в паутине.

– Тихо, я сказал! – снова рыкнул «горилла». – Не дёргайся. Иначе я за здоровье твоё не ручаюсь.

Шурочка затихла. Она даже сказать нападающим не могла, что бандиты на сей раз, ошиблись, что никакая она не Татьяна Юрьевна.

Следующие пять минут у бандюг пошли на знакомство с дамской сумочкой. Пока кожаный сжимал девушку мощными клешнями, его меньшой собрат выпотрошил сумку на подоконник. Вместе с помадой, духами, пилочкой для ногтей, кошельком и прочей мишурой из сумочки вылетел паспорт.

Меньшой брат «гориллы» раскрыл документ, зажёг фонарик, поскольку света от лампочки под потолком не хватало, и через минуту взвизгнул на всё парадное:

– Идиот! Это не дочка Визбора! Её фамилия – Ослиная!..

– Не может быть! – рыкнул кожаный. – Дочка Визбора в этом плаще была. Таких по Москве больше не сыскать…

– Не сыскать? – опять завизжал низкорослый.