Необычный Рюрикович

Однако пропажа людей – это тоже действительность. Тем не менее, вокруг все спокойно и пустынно. Не заметив никакого движения, возвращаемся назад. Там продолжаются работы по починке. Три других отделения выдвинулись в другие стороны.

В конце концов, пусть и не без помощи других с починкой станции справляются и вновь запускают подачу кислорода, добывая его из замерзшего азота. Этот процесс позволяет дышать без скафандров на форпосте. Несколько часов передышки, и мы снова выдвигаемся. Помещений всего четыре, и всем курсантам не разместится, поэтому чередуемся.

Сейчас отдыхать будет взвод Лавриновича.

– Кажется, они обнаружили непонятную активность на юго-юго-западе, – говорит Синицын, обменявшись несколькими словами с одним из вернувшихся.

Мы как раз и выдвигаемся туда. На этом направлении пересеченная местность, лед застыл в причудливых формах, более того наблюдается ряд проплешин как будто кто-то кинул пригоршню камней в песок. Явно в Меллору врезались мелкие астероиды или что-то похожее.

– Здесь скафандр пропороть раз плюнуть, тем более в темноте, а света на планетоиде всегда мало, сам я бы сюда не полез, – констатирует Митонаро.

– Да и страховать нас некому как на Некриде, – поддерживает его Петренко.

– Дальше той гряды не идем, – принимает решение Мелехов, – местность дальше гораздо хуже, по крайней мере, выясним, что рядом ничего опасного.

Час медленно аккуратной ходьбы, осознание отсутствия помощи в случае разгерметизации скафандра заставляет осторожничать, и мы достигаем цели.

Снова ничего. Разворачиваемся обратно, проходим больше половины пути и когда после огибания последнего крупного тороса, показывается силуэт станции, темнота вокруг неё внезапно озаряется вспышками. Секунда и по ушам бьет крик старлейта:

– На нас напали! Огонь на поражение!

Глава 8

Надо признать шпыняли нас не зря. Три с половиной года безжалостной подготовки не прошли даром, пусть мы и столкнулись с неизведанным, но навыки заставляют работать на уровне инстинктов.

– Короткими прыжками, пригнувшись, вперед, – выкрикивает Григорий, срываясь с места.

Форсированно практически пролетаем расстояние до последней груды камней, за которой открывается сюрреалистическая картина.

Атака идет со стороны запада, где, как и на севере, открытое пространство, пусть и не такое большое. Два с половиной десятка гуманоидных фигур, двигаясь с чудовищной скоростью, буквально скользят по льду, приближаясь к станции.