Параномия

– Короче, прошло полгода, я её не видел ни разу, а вернувшись с новогодних каникул, она объявила, что у нее есть другой и она выходит замуж. Но не тогда я впервые подумал о проклятии, а много лет спустя, когда понял, что «однолюб».

И тут Виктор заржал.

– Да ладно Серёг, хорош заливать… давай лучше по пятьдесят…, – я смотрел на него и понимал, что он не поверил моему рассказу, – накатим, а потом покажешь кольцо.

Мир изменил краски. Сознание покрылось пеплом забвения.

– Чо, – Сергей поднял на Виктора помутневший и потяжелевший взгляд, – чо ты сказал?

– Давай выпьем говорю, – Виктор попытался уйти от скользкой темы.

– Ты чо, типа мне не веришь? – Сергей злился, и глаза его налились кровью.

И тут Виктор сделал ошибку.

– Ты перебухал Серега… какая экспедиция, какие кольца? … иди лучше поспи…

– Да пошёл ты нахер мудак, вытряхивайся из моего дома…

– Ну, с домом ты загнул Серый…

– Пошел нахуй я сказал…, – Сергей встал, желваки ходили ходуном, но стоял он крепко. Виктор изменился в лице, развернулся схватил в охапку пуховик и шапку и выскочил из вагончика со словами: «Сам ты пошёл…».

Дверь глухо стукнула, Сергей устало сел обратно на стул. Рука непроизвольно потянулась к бутылке, и он налил себе полный стакан водки. Выпил, голова его упала на стол…

* * *

Луна был полна и сияла в чистом небе. Ни метели, ни поземки. Тени серебрились. А в вагончик к Сергею заходила Татьяна. Ее лицо выглядело заплаканным, под глазами запали глубокие тени, она тянула к нему руки и из её плачущего рта вылетело:

– Помоги мне, Сережа, помоги …

Сергей резко поднялся.

В глазах ни капли хмеля, напротив, они были расширены от ужаса. Руки крепко держались за столешницу. Рывком встав, он отправился к умывальнику. Увидев отражение и, пощупав щетину, он начал искать станок для бритья.

Глава 2. Противостояние.

Утро было ясным и морозным. Солнце радовало глаз, проникая сквозь незашторенное окно. Удивительно, башка болела, состояние желало оставлять лучшего, а солнце нисколько не раздражало.

Виктор открыл один глаз. Воспоминания мощным потоком хлынули в мозг. Перекошенное лицо Сергея. Его невероятный рассказ о своей студенческой молодости, о первой и единственной любви. И то как он, Виктор, усомнился в его словах.

Не вязалось. Сергей, местный сумасшедший, именно так и никак иначе воспринимали его здесь, и Тюменский государственный университет, и археология… Всё это походило на бред того самого сумасшедшего.