Жизнь и смерть. На одном дыхании

Вот собственно я и начал её строить. Вчера я был, наверное самым лучшим медвежатником, ну во всяком случае, самым удачливым. А кроме того богатым и тайно влюбленным в Анджелину. Тайным потому, что считал это своей слабостью, а проявлять слабость перед подельником последнее дело. У нас были отличные партнерские отношения. Без секса и обязательств в этой области. Нас всё устраивало.

А сегодня кто я?

Пленник неизвестно кого. Наполовину труп. Я был уверен, что слова «вертухая» не блеф и жив я до сих пор лишь потому, что им от меня что-то нужно.

Откажусь, мой труп найдут где-нибудь. Так себе перспективка, но и обратная сторона медали мне тоже не нравится. Влезь в какой-то эксперимент, исход которого мне неизвестен – это лажа. Что бы сказала Анджелина, согласись я? Но отказаться я действительно не могу, сдохнуть не достигнув своей цели, я не могу.

Кто-то вошёл. Я не слышал как скрипнула дверь. Так задумался, что зевнул. Я весь напрягся. Кто знает как они хотят меня убедить. Вдруг это силовой метод.

– Время вышло, – раздался голос прямо рядом со мной, а я не слышал как он подошёл.

Что за хрень?

– Да или нет? – теперь голос «бугая».

Вот этому чёрту вообще отвечать не хочется.

– Майданов вы приняли решение? – прозвучал абсолютно ровный голос «баритона».

– Да, – коротко ответил я.

И какого же ваше решение?

– Да, – спокойно ответил я.

Возникла долгая пауза. Я начал нервничать, не понимая, что это значит. А ещё захотелось увидеть Анджи. Желание было нестерпимым. Я думал, что больше её не увижу и это выматывало.

– Принято, – раздался голос «баритона» прямо рядом со мной и я тут же почувствовал укол в шею.

– Блять, а без этого нельзя? – возмутился я, чувствуя, что теряюсь.

Ответа не было. Меня накрыла темнота.

***

Я открыл глаз. Пробуждение было мгновенным – вот в отключке, а сейчас абсолютно в сознании и светлое сознание. Я рывком сел. Это было маленькое помещение светло-серого цвета. Что-то похожее на каюту корабля, но очень приблизительно, потому что здесь были абсолютно ровные гладкие стены и та шконка, на которой я сидел, сливалась с поверхностью будто выросла из неё.

В общем ничего интересного. Интересным здесь был я. Кроме трусов на мне ничего не было. Сказать, что я был удивлен – попасть пальцем в небо. Почему не голый? Вот какой вопрос меня смешил. И я заржал в голос. И тут выяснилось интересное. Комната была абсолютно глухой. Смех мой просто утонул в стенах. Я замолк. Пристально оглядывая кубрик.