Демоны Вебера

В таких условиях пройти даже пятнадцать километров, не сделав длительного привала для сна – настоящее достижение. При этом всем путникам приходилось тащить не самое легкое обмундирование, походные сумки и запасы провизии, а также периодически выталкивать экипаж из очередной дождевой ямы под испепеляющий взгляд Остина, не говоря уже о необходимости регулярно подкручивать ослабевающие болты транспортного средства. Такую дорогу аж никак было не назвать приятной прогулкой.

За последние несколько часов, бредущий неподалеку Голдберг успел задать Веберу больше вопросов чем кто-либо за прошедший месяц.

Большинство из них касались работы предсказателем, меньшая часть была расспросами о мыслях Верго касательно этого дела. Усач бодро вышагивал, покуривая толстую и невероятно вонючую папиросу, вероятно подумывая о том, какой еще нелепой формулировкой можно вытащить из спутника мнимые вселенские тайны. Вебер, порядком уставший от затянувшейся пытки, собравшись с мыслями решился нанести упреждающий удар:

– Ваш особняк расположен довольно далеко от… От чего угодно, пожалуй.

Неужели у вас так много врагов?

– Это не мой особняк, в нем я лишь гость. Что касательно Самюэля – врагов у него всегда было предостаточно, – Барон говорил неспешно, вдумчиво, будто пытаясь что-то вспомнить. – В нашем княжестве вы уже не первый день, скажите, как часто вы встречали здесь электрическую иллюминацию?

– Сложно сказать. Сейчас, когда я об этом задумался – пожалуй не так и часто.

Может видел несколько ламп накаливания в крупных отелях, да и только. К чему вы ведете?

– В том то и беда. Через биржи и торговую палату Помонта проходят тысячи крат ежедневно, сотни тонн угля и железной слюды вереницей тянутся к столице, выжимая все соки из многочисленных шахтерских поселков, а электричеством здесь и не пахнет. Промышленная революция погибла еще на подходах к нашей богом забытой родине. Вдумайтесь, Ганоя – не просто административный центр, но сердце этого ресурсного придатка федерации, до сих пор освещена лишь газовыми и керосиновыми лампами, говорить о паровом отоплении тут и вовсе не приходиться! – Голдберг закашлявшись затушил окурок о ближайший валун.

В его голосе проскальзывали странные нотки обиды и затаенной злобы.

– Но мистер Риганец конечно не может закрыть глаза на такую несправедливость. Прогресс прежде всего, – Верго намеренно бросил колкое замечание.