Демоны Вебера

Тут и там лежали осколки, и, как оказалось, именно ими горе художники расписывали стены. Досталось конечно и пихтам – несколько деревьев были выкорчеваны, множество не пойми зачем сожжено. Оставшиеся в живых хвойные растения служили сушилками для изорванных одежд местного люда. Именно от таких вот сушащихся портков, носков и другой, куда как хуже сохранившей свою форму одежды и доносился отвратный запах что встретил группу наемников. Картина довершалась кучами мусора, сваленными под стены домов. Копошащиеся в этих кучах крысы периодически выбегали на раскрошенную дорогу, с интересом глазея на пришедших.

Казалось, они совсем не мешали местным жителям, что бесцеремонно перешагивали через сваленные горки отходов, занимаясь своими повседневными делами.

Верго был обескуражен. Если бы кто-то попросил его дать комментарий о увиденном ему было бы сложно подобрать подходящие слова. Помойка? Бардак? Гетто? Припомнив изречения Барона о известности Глари и обратив внимание на спокойную и даже несколько обыденную реакцию наемников он пришел к выводу что по каким-то причинам данному месту и надлежит быть в столь убогом состоянии.

Но столько вопросов приходило в голову! Кто построил все это? И что же здесь случилось? Пожалуй, это был первый раз, когда Веберу захотелось послушать историю Голдберга. Усач загадочно улыбался, поглядывая на предсказателя с самодовольным выражением. Он определенно был доволен недоумением последнего и так и ждал чтобы его завалили расспросами.

Не смотря на возникший интерес, чувство усталости на пару с отвращением пересилили, подвигая Верго в первую очередь найти пригодное для отдыха место, желательно, подальше от висящих на ветвях зловонных портков местных обитателей.

По ходу своего продвижения вглубь Глари наемников плотно окружил витавший в воздухе дух прелого уныния, и неблагоприятные запахи жизнедеятельности местных тут были ни при чем. Десятки обозленных пустых взглядов впились в путников, забираясь им в полупустые кошели и увесистые сумки, заглядывая в уставшие лица, завистливо скользя по одежде.

Стоило только любому такому взгляду усмотреть под толстым слоем накидок и жилетов силуэты ножен, как он тут же терял к гостям интерес, возвращаясь к своему безразличному состоянию, будто его владелец осознавал – ловить тут нечего. Казалось, что каждый здесь оценивал все что происходит вокруг лишь с точки зрения выгоды или источника неприятностей, словно трата своего времени на что-либо другое была недопустимой роскошью.