Карусели дьявола

О чем ты думаешь сейчас, Ирина? Что чувствуешь?– Он склонился над ней и снова зашептал на ухо:– Сейчас ты хочешь только одного – жить. Сколько ты убила своих детей, Ирина? Ты спрашивала их о желании жить?.. Но нет! Я не ошибся! Вы с Кириллом – два сапога – пара. Убивать своих детей для вас – дело привычное.

– Заткнись! Заткнись!!! Что ты несешь?!– Истерично выкрикнула Храмцова. И в этот момент сквозь страх и отчаянье блеснуло ее истинное обличие, человека готового ради себя на все.

Матвей снова сел перед ней на корточки.

– Что я сказал тебе о самоуверенности? Вспомни, что именно я сказал тебе о ней?.. Потому что самоуверенность вашу троицу и убила!– Он снова резко вскочил на ноги и как оглашенный завопил во всю глотку:– Мне оставалось только терпеливо ждать, когда алчность сделает свое дело!!! Ирина, ты любишь музыку?!– И Матвей так посмотрел на нее, что Храмцова помертвела от ужаса.

Они находились на втором этаже старой дачи, сложенной из кирпича полвека назад. Вычурный и слегка помпезный вид этого дома, тем не менее, гармонично вписался в ансамбль особняков поскромнее.

В свое время эти дачи давали партийным работникам, так что Матвей знал, куда привезти Храмцову для экзекуции. Он привез ее на дачу Бикташевых. Единственным свидетелем его манипуляций в этот вечер стал сторожевой пес соседей. Он изредка поглядывал на освещенные окна в доме напротив, его уши подрагивали. Он слышал и музыку, и сдавленную возню, и стоны, и какие-то шлепки, напоминавшие звук падающих в реку кусков глины.

Время подошло к полуночи. В ночном лесу вокруг дачи Бикташевых гудел ночной ветер.

На следующий день после полудня Хасана выпустили под подписку о невыезде. Свою роль сыграли показания Потапова и деятельное участие родных братьев и племянников Хаснула Магомедовича, работавших в сфере юриспруденции.

– Но, Хасан,– почти в голос предупреждали они своего родственника.– Сейчас никаких резких движений. Предоставь это дело следствию. Поезжай домой, отдыхай, набирайся сил.

Не забывай, ты под следствием и под подпиской.

Но первое, что сделал Хасан – это приехал на радиостанцию.

– Привет! Как ты?– Уже на лестнице окликнул его Олег Чернышев.– Я ребятам сразу сказал, через день-два Хасана отпустят! Вообще, бред какой-то!

– Это не бред, а пиздец какой-то,– отозвался Хасан.

– Потолкуй с Иванычем. Храмцовой и Шпарака все равно нет.

– А где они?

– Да кто ж их знает? А Иванов в отпуске. Улетел то ли в Египет, то ли в Турцию.