Хроники восстания. Книга 1

Лишь на краткий период, температура на Сцилле опускалась на несколько градусов, когда планета отдалялась от своего светила на максимальное расстояние.

Люцифер выбрал местом своего приземления, небольшой участок свободный от лесов.

– Предупреждаю тебя, связь здесь не работает, – бросила Лилит через плечо, одевая, легкую униформу, оставляя открытыми плечи и ноги ниже колен. – Так что, связаться с «Голгофой» мы не сможем. До пункта назначения примерно двадцать километров. Хочу сказать сразу, что ты будешь добираться один, у меня будут другие дела здесь.

– И что это за дела? – хмуро спросил Люцифер.

– Охота. Я прилетела сюда, поохотиться на местных аборигенов. Они очень свирепые воины, а я засиделась на крейсере с тобой. Мне нужно поддерживать форму, – сказав это, Лилит лукаво подмигнула Люциферу и засунула в ножны на бедре большое мачете.

– Ну, бывай, встретимся на этом месте через 48 часов! – Лилит прошла к шлюзу корабля, набрала код, открыла его и исчезла в густых зарослях.

– Может, стоит её забыть на этой планете, – вслух размышлял Люцифер, надевая на себя защитный комбинезон, из прочного волокна отлично защищающего владельца и в тоже время предотвращающий перегрев организма.

Осмотрев себя, Люцифер остался доволен. Вызвав из небытия свой меч, он с какой-то грустью посмотрел на него:

– Ты верой служил мне все эти годы, так послужи же в последний раз, – с этими словами Люцифер убрал свой обоюдоострый меч обратно в одномерное измерение. По мысленному приказу Люцифера крылья, за спиной ярко вспыхнув, исчезли.

– Годится, – с этими словами Несущий свет повернулся к кораблю. – Компьютер, блокировка корабля на 48 часов, включение режима защиты и маскировки. Отключение только по моей команде.

*Режим блокировки включен. Через две минуты будет включен режим маскировки, – послышался сухой компьютерный голос*.

Повернувшись, Люцифер зашагал в сторону лесной чащи, а за его спиной черты его корабля сначала поддернула легкая рябь, после чего он слился с окружавшим миром.

* * *

– Настал мой последний час дети мои, – слова, произносимые с легким шипением, принадлежали очень старой женщине, сидевшей на корточках в просторной пещере.

Свет сотен свечей придавал её фигуре таинственный вид. Она была стара, очень стара. Она была провидицей народа танг.