Алгоритмы, или Ошибка в коде. Концептуальная фантазия

Артур Конан Дойль

– Захар, давно хотел тебя спросить: а почему ты выбрал именно психологию? – поинтересовался Студент. – Ты ведь сам сказал, что эта наука у нас не слишком популярна.

– Так оно и есть, – усмехнулся Психолог. – Вы много фильмов видели про психологов?

– Про психов – сколько угодно. Перечислить? – Журналист уже приготовился загибать пальцы.

Программист улыбнулся.

– Не стоит, Никитос. Про психологов реально – ни фильмов, ни песен. Ну, ничего, Захарий. Держись, психолог, крепись, психолог.

Будет и на твоей улице праздник, – усмехнулся Программист. – Слушай, а действительно, ты же в школе вроде собирался стать археологом?

– И археологом, и историком, и врачом. И даже астрономом одно время, – ответил Психолог.

– А в духовную семинарию тебя за грехи не пустили? – поинтересовался Журналист.

– В медицинский я поступал, но завалил, – не обращая внимания на язвительные ухмылки приятеля, продолжал Психолог. – Потом – армия. Вот там всё и началось…

– А что там, в армии? – оживился вдруг Студент.

– А тебе-то что, Полуэктус? – удивился Журналист. – У тебя же военная кафедра? Или в этой жизни что-то изменилось?

– Не изменилось. Но я всё равно после института собираюсь в армию, – сказал Студент.

– Решил отдать долг родине?

– Не смейся, Ник. Я так решил. Пойду в войска связи лейтенантом.

– Весьма похвально, юноша, – одобрительно сказал Психолог. – А как же музыка?

– Одно другому не мешает. Расскажи, как тебе служилось, Захар.

– Да особо и рассказывать-то нечего. Служба как служба. Но именно тогда я заинтересовался психологией.

– Тебе повезло с сержантом-наставником? – съехидничал Журналист.

– А ты в каких войсках служил? – спросил Студент.

– В стройбате, – ответил Психолог. – А наставники у меня были разные. Кстати, ещё в армии я заметил, что в непривычных, а иногда экстремальных условиях люди начинают себя вести несколько иначе, чем в повседневной будничной жизни. Это на гражданке позволительно быть флегматиками, холериками, совами и жаворонками.

А в военной казарме подъём и отбой для всех одинаков – и для сов, и для жаворонков. Деваться некуда, привыкают. Но зато в таких условиях сразу же отчётливо проявляется наличие человеческих качеств. Или их отсутствие. Армия – хорошая школа. Словом, в армии служат нормальные мужики, хотя, конечно, бывают исключения.

– Ты про крайности? Как на графике с улиткой?

– Именно, Полуэкт.