Тест для менеджера. Шелуха цивилизации

– кстати Хавл – промолвил задумчиво незнакомый воин, сидящий рядом с Хавликом – ты слышал, когда ни будь, что дети Реки охраняют последний конвой, обычно кто-то из армии это делал.

– ну это то как раз понятно, после того как почти весь офицерский состав гвардии едет сейчас в клетках, кто из армейских охранять нас будет.

– Сид и Лесс военачальники гвардии – спросил, сидевший до этого молча, Николай.

– не просто военачальники – Седой Сид легенда, собственно, он и завоевал империю, вместе и отцом нынешнего ничтожества.

Кстати, он не участвовал в восстании, все знали о его клятве старому императору беречь его ублюдка, и все знали, что его слово камень, но все равно отправили на смерть, что творится?

– ну дружище вот у нас таких примеров полно – сказал Витек – чем ничтожней власть, тем более она стремится всех, отличающихся от нее придавить.

– страшный у вас мир Витор – покачал головой Хавлик – а мы верили, что были всего в шаге от победы, кто же знал, что вы, ну то есть семья этих ублюдков, поддельная.

– Хавл, заканчивай трепаться – донеслось с пола повозки.

– да перестань Десс, не видишь, мы все тут смертники, и они тоже, что по привычке скрываешься – горько ухмыльнулся Хавл.

– Десс, раз уж ты не спишь, скажи, как нам сделать так чтоб от нас отстали ваши местные бандиты – спросил Николай – можем ли мы рассчитывать на вашу помощь?

Повисла томительная пауза, в которой слышались не только скрип гальки, храпение вояк и перестук колес, казалось мысли немолодого вояки так же тяжело и надсадно ворочаются, друзья затаили дыхание, от ответа многое зависело.

Наконец Десс ответил

– если бы мы были в городе месяц назад я бы посмеялся над этой проблемой, зарубил бы любого бродягу, а дружков его заставил бы закопать тело, но сейчас я не знаю, я ни хрена уже не понимаю, что творится.

Держитесь поближе в нам, но, если они полезут толпой на толпу я своими людьми рисковать не буду, тьма, какие они мои люди!!!!

Очевидно, весь мир этого человека рухнул с тех пор, как из военного, надежды и оплота империи он превратился в такого же заключенного, как и те отбросы, которых он даже не замечал раньше. Борис отчетливо вдруг понял, что психика немолодого уже человека висит на волоске.