Рунное наследие. Вдыхающая жизнь

Понимая, что ей нечего возразить против железных доводов отца, Дана немного успокоилась и решила убедиться в своих выводах по поводу спора:

– Так что, получается, ты не возьмёшь меня в ученицы?

– Догадливая, – впервые за последние, уже и не известно, сколько дней – а может, и недель – отец её похвалил. Впрочем, Дана понимала, что это была издёвка.

– А может, ты мне дашь ещё несколько попыток? – поинтересовалась она, догадываясь, каким будет ответ.

– Не забывай. Ты проиграла спор.

Брол больше не обернулся к дочери.

Народ потихоньку расходился, возвращаясь кто к привычному безделью, кто к отложенной работе.

А Дана ещё долго продолжала сидеть на прежнем месте на земле, прокручивая в голове варианты, как она могла бы дотронуться до отца. Дочь так до конца и не поняла, кто он – её отец. Если бы поняла – не пеняла бы на себя.

В мастерстве боя сынам Вольного клана равных в этом городе не было – в чём вскоре и убедились непрошеные гости, считавшие себя самой опасной троицей среди местных бандитов.

Глава 4. Обязанности Квэна

– Смотри, бабуль! – прямо с порога выкрикнул внук Старшей Рунного клана, вбегая к ней в спальню с листом в руке, которым он размахивал с явным воодушевлением.

– Квэн! Ни свет ни заря, уже принёс? – добродушно спросила она.

– Так ведь уже солнце светит вовсю. Отец и так долго меня сдерживал, чтобы я к тебе раньше не пришёл. Ладно. Думаю, в этот раз у меня всё получилось! – он положил рисунок на плед, которым его бабушка укрыла ноги.

Квэн уже полгода – с тех пор, как ему исполнилось шестнадцать – экспериментировал с рунами, чтобы создать такую, которая позволит продлить эффект от использования Руны Зрения. Старшая лично разрешила ему заниматься этим не только потому, что парень лучше других мужчин из их клана разбирался в рунах. И не только из-за аналитического склада его ума и всепоглощающего интереса ко всему новому, необычному, непознанному.

Всё дело в том, что у Квэна с семи лет ухудшилось зрение. И с того времени каждый день парня неизменно начинался с того, что кто-то из Вдыхающих жизнь Рунного клана рисовал на нём Руну Зрения.

– Подай, пожалуйста, кисточку с краской, – попросила она, и Квэн из прикроватного сундука достал самую тоненькую кисточку и небольшой флакон с чернилами.