Рунное наследие 2. Кровная месть

А он не оставлял надежды, что всё же добьется своей цели и создаст клан Осьминога. Но это в будущем. А пока – ему подойдёт пусть и небольшая, но армия из людей с разными тотемными животными.

– О чём это ты? – Тала сразу уловила подвох, но в чём он заключался – она не знала.

– Понимаешь ли… – Художник замялся, – нарисовать змею – это на самом деле не проблема. Вся загвоздка состоит в даре Вдыхать жизнь. Ты должна обнаружить его в себе.

– Как?

– Как? К сожалению, поделиться личным опытом не могу.

Я никогда не Вдыхал жизнь и не могу описать свои ощущения или свой путь. Но, – он опередил Талу, уже готовую что-то высказать, – моя дочь рассказала, что она делает для концентрации и использования своей способности. Опираясь на её опыт, ты и будешь пробовать Вдохнуть жизнь в свой тотемный рисунок.

– Мда, не думала, что всё так несерьёзно, – Тала свернула к обветшалому трёхэтажному дому, – знала бы – не надеялась на чудо, – она подошла к серой расшатанной двери и открыла её со скрипом.

 – Добро пожаловать в моё, хех, логово.

– И ты тут живёшь? – поморщился Художник, разглядывая снаружи окна и стены старого дома. – Тут вообще возможно жить?

– Захочешь тепла и крыши над головой, – вставил Осьминог, – и сарай покажется хоромами. Хотя, о чём я? Откуда тебе знать – ты ведь родился и вырос в клане, где всегда есть не только тепло и крыша, но и вкусная еда. Я уже не говорю о власти.

– Какая власть? – не выдержал Художник. – Мы, мужчины, рабы для Вдыхающих жизнь.

– У такого… раба, – Осьминог подчеркнул последнее слово, – как ты, всегда всё есть, о чём большинство горожан только мечтают. Да и подчиняетесь вы лишь своим женщинам. А между тем, все жители тоже зависят от них. И эти самые жители вам также подчиняются.

– Что ты выдумываешь? – вспылил Художник. – Они нас презирают.

– Это не отменяет того факта, что мужчины из вашего клана могут спокойно позволить себе выйти в город, поймать любую девушку и… Ладно, не любую – из других кланов это, возможно, было бы проблематично для вас.

– Никогда такого не делал.

– Может, ты и нет. А вот Тала, скорее всего, – результат такой вседозволенности. Да и я не раз видел, как твои родственнички отрываются на других женщинах. Не удивлюсь, если в отместку за то, что они, как ты выразился, – рабы Вдыхающих жизнь.

Пока Художник с Осьминогом пререкались у входа, Тала успела договориться с соседями, чтобы те присмотрели за выходами из её комнаты.