На краю надежды

В холодильнике диетические йогурты, остатки колбасы, несколько кусков батона и прочая лабуда, но жрать охота, аж желудок сводит. Достаю банку йогурта.

«Чай, что ли поставить или кофе замутить»?

Полез за банкой, которую с двадцатого раза нашёл.

«И кто, блин, придумал кофе в керамике хранить»?

– Да, ёпа, блять… – ругаюсь шёпотом на себя, уронив из рук керамическую ёмкость на пол.

Через минуту в кухню вбегает Милана с выпученными глазами.

– Упс, – замер, как дебил, возле осколков и лыбу давлю.

– Не шевелись, я сейчас.

Милана мечется, как электровеник вокруг меня, а я только смотрю на её телодвижения и молюсь, чтоб трусы выдержали.

«Это ж Милана, бро. А с другой стороны…»

Рука сама тянется к её пятой точке.

– Мило тут у тебя, – смущаюсь я и сажусь на табурет. – Кухня просторная и с душой оформлена.

– Как у всех. Ты кофе хотел?

– Не принципиально. Слушай, я тут глянул, у тебя особо и поесть-то нечего.

– Ааа… Я сейчас мигом сгоняю в «Пелик», – отвечает она и бежит в коридор, – хочешь со мной пойти?

– Да, не суетись так.

Звонко смеётся она и так тепло как-то на душе стало, что ей нравятся мои шутки.

«– Я могу яичницу или омлет сделать», – говорит она и возвращается на кухню.

– О! Супер, давай.

– Момент, – закручивает волосы в пучок.

«Девчонки его ещё как-то называют так смешно, но не суть. Главное, что он ей очень идёт.»

Достаёт сковороду из ящика и прочие ингредиенты для завтрака, а я смотрю на неё и умиляюсь тому, как она суетиться для меня и пытается сделать идеально.

– А ты давно так похорошела? Классный цвет, кстати, – оценивающе смотрю на изгибы её тела.

– Спасибо, – хоть она и в пол-оборота ко мне, но вижу, как её щеки румянятся.

«Не помню, чтоб она так раньше реагировала. Подумаешь, цвет волос заметил. Банальщина ж откровенная, но приятно, когда тебе верят».

«Омлет получился вкуснейшим, чтоб я так всегда ел. Даже на душе полегчало, если такое вообще возможно в моем положении».

«Вспоминаю вчерашнее „ЧП“ и на душе стало хреново на минуту. Хорошо, что Милана с утреца своими формами спасла положение, а то бы жёстко загнался. Жахнуть б сейчас пол литра горячительного, а потом забыться. Ладно, Димон, соберись».

Мысленно бью себя по щекам. Чувствую её пытливый взгляд на себе, пока она вытирает посуду.

– Ты как? Давай, посмотрю, что там с руками у тебя? – предлагает она, вытирая руки кухонным полотенцем и подходит ко мне.

– Норм.