На краю надежды

Как только я выпрямляюсь, то с края стола падает ёмкость с солью.

«Твою же мать, сука» – вырывается из меня в слух.

Шёпотом ругаю себя за это, закатываю глаза и киплю от бешенства.

Из нижнего шкафа кухонного гарнитура беру совок с веником, сажусь на колени и сметаю соль в совок. Собираясь встать с пола, я чувствую сзади его присутствия. Он садится на стул, прислонившись к стене, несколько секунд печатает что-то в телефоне, потом играет звук выключения телефона, и убирает его в карман джинс.

Выкидываю соль, а затем мою руки и подхожу к нему.

– Я тут подумала. Может ты скачаешь на ноут каких-нибудь игр, чтобы было чем заняться без тебя.

– Да, без проблем – встаёт со стула.

Мы стоим близко друг другу, не сводим друг с друга глаз, а затем я не выдерживаю и …страстно целую его.

Мы загораемся огнём, он запускает одну руку в волосы, а другой ласкает мою попу с грудью. Запускаю руки ему под футболку и тяну за собой, усаживаясь на чуть грязный стол. Прижимаю его к себе, он поддаётся мне, сжимает в сильных раненых руках бедра.

Хочу снять с него футболку, но он не позволяет этого сделать, хоть и ощущаю его железную эрекцию. Снимаю с себя чёрную футболку в надежде, что он теперь меня не остановит, и расстёгиваю пуговицу на его джинсах.

Как только я касаюсь его члена через боксеры, он убирает мою руку с себя, отрывается и виновато смотрит на меня.

– В чем дело, Дим? почему ты остановился? – сдержано спрашиваю я.

Он опускает виновато голову вниз, закрыв глаза, затем поднимает голову, коротко и нежно меня целует и отвечает:

– Прости, я не могу …я…я очень тебя хочу, ты великолепна, соблазнительная и превосходная, я безумно тебя хочу, но… но, я не могу, прости меня.

– В смысле? почему? – спокойно спрашиваю я.

После паузы отвечает он:

– Прости, я… я не могу сказать и, пожалуйста, не спрашивай меня об этом. Я не могу об этом рассказать, но… но, так будет лучше, если у нас сейчас ничего не будет. Просто поверь, пожалуйста.

Как бы банально это не звучало, но честно слово, дело не в тебе, а во мне – отвечает он и отходит к кухонному гарнитуру, застёгивая штаны – пожалуйста, не обижайся… мне жаль… пойду, установлю тебе игр на ноут.

Я продолжаю растеряно сидеть на столе, не понимая ничего и с горькой обидой внутри. Пытаюсь сдержаться и не выплеснуть на него весь негатив.

Закончив с готовкой, вхожу в комнату. Он сидит спиной ко мне в позе лотоса и устанавливает какую-то игру.