Улыбка Дьявола

Он вышел из кухни и через минуту тащил по коридору стул, на котором Юля сидела несколько часов назад.

– Хлеба нет, извини. Завтра нужно будет зайти купить. Ну и к чаю чего-нибудь. Что ты любишь к чаю? – Фил поставил стул напротив Юли, сел на него, раздался ужасный скрип. Стул чуть покачнулся, почувствовал, что сейчас развалится, но, собравшись с силами, встал ровно, и скрип умолк.

– Пряники. Шоколадные. С молоком, – сказала Юля и резким, быстрым движением подцепила вилкой желток и сразу съела.

– Пряники значит, шоколадные и молоко.

– Да.

– Ну хорошо, господин магистр, Ваше слово – закон, – Фил вилкой сделал воинское приветствие, окропив весь лоб горячим яйцом, и зашипел от боли, потирая лоб.

Юля засмеялась, негромко, это скорее было похоже на мычание теленка, пыталась не выплюнуть, только что положенный в рот белок, но у неё ничего не получилось, и кусок, словно из пушки, вылетел на стол, перелетев сковородку, и остановился лишь на майке Фила, оставив неровный жирный след. И они громко рассмеялись.

Впервые за долгое время Юля смеялась от всей души, заливаясь звонким хохотом.

– Ладно. Всё, хватит, а то подавишься и умрешь, – сказал Фил строгим голосом и нахмурил брови, вытирая лицо полотенцем. Повисла тишина, после которой последовал смех.

Успокоившись, они доели остатки яичницы и допили чай.

– А ты где будешь спать? – спросила Юля, когда вместе с Филиппом застелили её диван.

– Я? Ты видела моё кресло? Лучше него нет кровати на свете, поверь. Диван у меня стоял для красоты.

Не думал, что он вообще мне пригодится. Ну, спокойной ночи, стажер. Сегодня, я думаю, для тебя был насыщенный день. Завтра будет тоже много всего интересного. Выспись, подъем на рассвете.

Фил улыбнулся и выключил свет. Закрыл дверь и направился в ванную. Юля легла и её тело громки ахом внутри, сказало ей спасибо. Диван был слегка жестким, но весьма удобным. Она утонула в подушке и одеяле, закутываясь всё глубже, и уснула под негромкий шум воды, льющейся как из водопада.

Сначала ей и вправду приснился водопад.

Окруженный вечнозелеными деревьями, высокой травой и густыми кустарниками, с неумолимо несущейся вниз водой. Она прыгнула в него с самой высокой точки и погрузилась в вечную темноту. Мимо мелькали неясные отрывки из прошедшего дня. Затем она поняла, что бежит. Бежит по траве. Ей 8 лет, она в своей старой ночнушке с единорогом. Рядом мелькали деревья. Она оглядывается по сторонам, но вокруг лишь темнота, сгущающаяся над ней. И рев.