Сага о Торе. Рагнарёк

Действовать мы стали одновременно. Мутант, рыча, бежал к своей жертве, не обращая внимания на получаемые ранения. Винтовка предательски щелкнула, что означало отсутствие патронов в магазине. Отбросив ее в сторону, я выхватил нож и бросился на спрута. Приблизившись к монстру, я изловчился и вспорол его брюхо. Мутант взвыл, схватившись за вываливающиеся внутренности. Следующее нападение на тварь было не таким удачным.

Просчитав действия нападающего на несколько шагов вперед, монстр размашистым движением когтистой лапы нанес сокрушающий удар в голову.

Мир перевернулся с ног на голову. Перед глазами поплыли разноцветные круги. Спрут быстрым рывком набросился на поверженного врага. Его увешанная щупальцами пасть метила в горло. Не знаю, что заставило меня в последний момент выставить вверх ногу, перебрасывая порождение Зоны назад, попутно вырывая кишки, висящие из тела твари. Предсмертный вой монстра заглушил все звуки. Спрут был мертв, но его тело еще некоторое время билось в конвульсиях.

– Говорил же, что здесь что-то не так.

Нутром чуял! – пробормотал я, отирая кровь с разбитого лица.

Голова кружилась, и изрядно тошнило. Сотрясение после такой стычки – обычное дело. Отойдя от трупа мутанта на несколько метров, я поднял винтовку, собрал пустые магазины и поспешил убраться от сего места подальше, пока другие порождения Зоны не пришли на ужин. Обогнув пару «волчков» и «пресс», я наконец-то добрался до насыпи. Тишина. Осмотрев все подозрительные места на предмет засады, и не обнаружив противника, сбросил рюкзак на камни и сел на разогретые солнцем рельсы.

Все болело. На теле не было ни одного места, которое бы не саднило.

Закурив, я принялся снаряжать опустевшие магазины, наблюдая за пиршеством радиоактивных собак у трупа спрута. Прошло минут пятнадцать. Водрузив рюкзак на спину, рассовав боезапас по карманам, вскинув винтовку на плечо и звякая камнями, я побрел к Карьеру. Ненавижу ходить по шпалам. Наступать на каждую – неудобно, через одну – еще хуже. А шагать по камням – то еще удовольствие.

Они так и норовят осыпаться, свалив путника с ног, или впиться острым краем в подошву ботинок.

Впереди маячили брошенные товарные вагоны, которые служили чем-то вроде маяка. Лицо стягивало коркой запекшейся крови. Я мечтал поскорее добраться до бункера Академика и умыться. Да, по пути было несколько родников с относительно чистой водой, но сходить с насыпи мне совсем не хотелось. Хватит с меня приключений за последние два дня.