Волкодлак

Я прекрасно знаю, что нужно сделать. Вопрос в том согласится ли она на такую жизнь».

«Мы же не можем просто так дать ей умереть!»

«Если ты помнишь, мы не можем дать ей эту жизнь без её согласия».

В её глазах я вижу, что она заново переживает ту ночь.

– В этот миг я не выдержала и позвала их к себе. Они зашли обратно. Я сказала им:

«Владимир, Михаил, пожалуйста, помогите мне, я не хочу умирать. Я знаю, вы можете спасти меня, так прошу, спасите», – я держалась довольно хорошо, хотя была готова заплакать.

«Ты понимаешь, о чём меня просишь?», – спросил Владимир: « Тебя ждёт нелёгкая жизнь. Ты будешь вынуждена покинуть семью, друзей, оставить позади всё своё прошлое. Ты сможешь так жить?», – он посмотрел на меня очень серьёзным взглядом.

«Да», – сказала я. И в этом слове я была полностью уверена. Он посмотрел на Михаила, тот поклонился и вышел из палатки. Затем он снова посмотрел на меня, и мы продолжили наш разговор.

«Ладно, тогда ты должна знать кто мы такие», – он набрал воздух и начал свой рассказ: «Мы те, кто охотится на нечисть, наша жизни непомерно длинна и прервать её может разве что смерть.

Мы те, кто в полнолуние внимают зову луны и принимают вид огромного волка и обретают силу дюжины человек. Мы «волколаки», – он пристально посмотрел на меня и спросил: «Ты всё ещё хочешь стать такой же, как мы?». Не знаю, может у меня была тень сомнения в тот миг, но одно я знала точно, я хотела жить и поэтому снова ответила:

«Да».

«Да будет так. Поскольку ты сделала свой выбор.

Позволишь ли ты мне быть тем, кто тебя усыновит? Это значит, что я буду тем, кто тебя обратит», – он снова посмотрел на меня серьёзным взглядом.

– И ты согласилась?

– Да. Когда я ему ответила, он улыбнулся, взяв меня на руки, вышел из палатки приготавливать всё необходимое. После того как всё было готово Владимир взял меня за руки и вынес наружу. Я видела, как горел большой костёр, около него рядами сидели те, которые недавно были в волчьем обличии. Владимир вместе со мной на руках подошёл к костру ближе, так чтобы все смотрели на нас.

Мне тогда было неловко от того, что они все смотрят на нас.

Владимир сел на землю и, посадив меня рядом с ним, начал говорить:

«Братья сегодня мы приветствуем новую душу в нашем племени. Сегодня она станет одной из нас и что куда более важно она станет моей дочерью».

Затем Михаил принёс деревянную чашу с медовухой и дал её Владимиру. Тот принял её, достал свой стальной нож и провёл им по руке.