Волкодлак

Да и о чём с ними говорить? О посевах, которых едва хватит на тот год, о скотине, которая дохнет каждую ночь. Даже если бы я заговорил, радости это мне не принесёт, а толка никакого. Ну хватит обо мне. Лучше расскажи, что у вас здесь твориться. Сколько я у вас не был три четыре месяца? Сыновья та уже вымахали, скоро папку перегонят. Богдан тебе ведь скоро семь?

– Да. – говорит Богдан рычащим, почти медвежьим голосом.

– Будете проводить обряд посвящения?

– Будем. – Не дожидаясь ответа отца, ответил Богдан, за что и получил подзатыльник.

– Будем-будем, когда запомнишь все травы и способы их применения в лесу.

Богдан печально повесил голову.

Да, тяжела доля знахаря. Но с другой стороны только благодаря знанию знахарства Добромысл пережил своё испытание лесом. Естественно, что он хочет подготовить своих сыновей к бедам Недоли и опасностям леса. И всё же от всего не уберечься, шрамы от дикой кошки на моей спине прекрасное тому доказательство. Потому и говорят: «В лесу погибает мальчик и рождается мужчина».

Да и время не то, чтобы проводить подобный обряд.

– Из-за чего хоть подрались? – Неожиданно спрашивает Добромысл.

– Конюшня.

– Чего?

– Нечисть напала на конюшню, я хотел очистить её от пламени, а отец желал послать священника.

– Всё-то у вас Стрижинских через драку решается.

– Что есть то есть… Не я это начал

– Прямо таки не ты.

– Брось, Добромысл, ты прекрасно знаешь что не я… Она была особенной… одной такой. Во всём свете не отыскать вторую такую, а другой мне не надо.

В любом случае семя моего рода не пропадёт из-за моей смерти. Да и какой смысл жениться и заводить детей если там во тьме есть зло, что способно отобрать и то и другое.

– Не надо, Олег.

– Что не надо?

– Не надо тебе прилагать усилия, чтобы убедить меня в своей правоте, я и так её признаю. Но двоим нам не справиться. Только с поддержкой сельчан у нас есть возможность прогнать их, а этому не дано сбыться, покуда твой отец стоит во главе. Переубеди его, или выступи на вече сам.

– Меня не станут слушать. Я для них словно моровое дитя.

– Тогда остаётся только отец.

– Вече так вече. – Мгновенно соглашаюсь я, что даже Добромысл повеселел. – Вот ещё что… я хотел спросить. Мальчик или девочка.

Гостята слегка расширила глаза.

– Что? – Удивлённо спрашивает Добромысл, смотря то на меня, то на свою жену. – Как ты… я ведь сам только вчера узнал.

Загадочно улыбнувшись, я говорю:

– Отшельничество даёт свои преимущества.