Майор Бибик и Панджшерский лев

Погибшего сгружают в гроб…

«Пожить бы мог, ушёл он рано, –

Сказал товарищ, стукнул лоб, –

И с Чёрным вот домой Тюльпаном…»

Троекратно дав салют,

Закрыли цинковую крышку,

«Груз 200» скоро заберут,

Уже «вертушку» в небе слышно.

VIII. Третья засада. Караван.

Покоя нет средь диких гор,

Земля здесь против чужестранцев,

И понимая то, майор,

Решает жёстче бить афганцев.

Он мыслит, дальше идти вглубь

И ждать в ущелье караваны,

С корней рубить душманский дуб,

Быть львом в горах Афганистана.

К себе вернейших он зовёт

И, опергруппу обозначив,

У штаба просит вертолёт

Для выполнения задачи.

И вот уже готов десант,

В час ночи вылет согласован,

А в гарнизоне лейтенант

Как старший мобилизован.

Майор напутствие даёт:

«Меня три дня не будет где-то.

Смотри тут в оба, патриот!

Чтоб без потерь – не нужно это!»

Гремит «вертушка». Ночь шумна.

Раскатами разбито небо.

Отряд без отдыха и сна

Заброшен в горы, где он не был.

В ночи бойцы бегут вперёд,

Прочёсывают метр за метром,

Майор команду отдаёт

Засаду сделать до рассвета.

«Всё чисто!» – доложил сапёр.

«На месте!» – снайперы сказали.

«Как маскировка? Как обзор?»

«Готово!» – подтверждение дали.

Над тенью каменных вершин

Заря румяная вставала,

И открывался серпантин

Пандшерский с точкой перевала.

Прекрасен как Афнанистан!

Коль б мир и дружба тут царили

И не стрелял бы тут душман,

То счастливы здесь люди были.

В горах прохладно, ветер, снег

Растаял днём, смешавшись с глиной,

В таких условиях – ночлег

И наблюденье за долиной.

Три дня, три ночи Бибик ждал,

Когда появятся повстанцы,

И, как четвёртый день настал,

Увидел смуглого афганца.

Тот шёл один и вёл осла,

Навьюченного очень сильно,

На лоб пуштунка чуть сползла,

Жилетка на рубашке длинной.

«Не трогать, – вымолвил майор.

Мы ждём добычу покрупнее».

«Есть!.. Есть!» – раздалось с ближних гор

(Жираф большой, ему виднее).

И часу даже не прошло

Идёт ещё один… тележку

Со скрипом катит, как назло,

Притягивая взгляды слежки.

«Сидим в засаде, – командир

Вновь говорит бойцам, готовым

Устроить здесь военный тир, –

Ждём покрупнее мы улова».

Проходит снова один час,

Идут три явных проходимца,

И ясно из нелепых фраз,

Один из них решил жениться.