Тайна черных вдов

После неудачной попытки суицида он снова подглядывал за девушкой из-за приоткрытой двери. – Все, немедленно стреляться. Кто-нибудь, дайте мне пистолет… Нет, отрубите мне тело! Саид, где твой топор?!

– Иди работай, придурок! – донесся из каморки гневный голос Сардельки. – Тоже мне, Дон Жуан!

Марта пощелкала пальцами в воздухе, привлекая к себе внимание Гудкова.

– Анатолий Борисович, шли бы вы домой. Вы далеко отсюда живете?

Гудков ткнул пальцем в сторону окна.

– Вон в том доме, на третьем этаже.

Марта проследила за его пальцем и восхищенно присвистнула:

– Ого, хороший дом.

Там, наверное, квартирки миллиона по полтора стоят?

– А то, плохого не берем, – хитро подмигнул ей Гудков.

– И все-таки, Анатолий Борисович, с чего это вы вдруг пить начали?

– Я же говорю – поминки справляю, – вновь нахмурился Гудков. – Понимаешь, Марта, все в моей жизни пошло наперекосяк. И не пойму я, отчего. Вроде никому никогда ничего плохого не делал. А тут вдруг напасть за напастью. Да еще и эта гадалка.

Она нагадала мне, что я сегодня умру, представляешь? Вот будет потеха, если так оно и случится! Вот я и решил справить по себе поминки. Потому что, когда я умру, сделать это будет сложнее.

– Пожалуй, – согласилась с его доводами Марта. – Но знаете, гадалкам нельзя верить, особенно в наше время. Кругом одни шарлатаны.

– Думаешь, я не умру сегодня? – с робкой надеждой в голосе спросил Гудков.

– Я верю в то, что это не произойдет, – твердо ответила Марта. – А сейчас идите домой. Вам бы поспать надо, отдохнуть хорошенько.

– Да, наверное, ты права, – неожиданно легко согласился Гудков и рывком поднялся из-за стола. – Ну, я пойду?

– Конечно, идите, – мягко и ободряюще улыбнулась ему Марта.

Гудков улыбнулся в ответ, резко развернулся, опасно покачнулся и едва не перевернул соседний столик. Сделав шаг по направлению к выходу из кафе, он вдруг замер, словно над чем-то задумавшись. Обернулся и вернулся к столику, за которым сидела Марта.

– Милая Марта, ты очень хорошая девушка.

Даже удивительно, учитывая твой возраст, – добавил он многозначительно. – У меня жена – твоя ровесница. Она удивительная стерва. А ты другая. Позволь, это тебе.

С этими словами Гудков вынул из-за спины руку и, словно это был букет роскошных белых роз, протянул опешившей Марте недоеденную воблу.

– Спасибо, – только и сумела вымолвить она, инстинктивно отдернув руку.

– Ой, прости, – глупо и виновато улыбнулся Гудков. – Я совсем не это хотел отдать.