Тайна черных вдов

Так что в отличие от многих женщин, Танька могла позволить себе за завтраком, обедом и ужином что угодно. Она не опасалась за свою фигуру, поскольку опасаться было уже поздно.

– Хорошо, предположим, что ему помогли отправиться на тот свет, – сдалась, наконец, Танька. – Тогда сразу возникают два вопроса. Вопрос первый: кто и зачем это сделал? И вопрос второй: зачем тебе все это надо? Опять хочешь впутаться в темную историю? Ну уж нет, хватит! Мне сестра живая нужна.

– Я и так живая, что со мной сделается?

– Живая она, – недовольно пробурчала Танька.

 – Ты тощая и прозрачная, а не живая. Вот я – живая, смотри!

Танька вскочила на ноги и уперла руки в крутые бедра. Подбоченилась и гордо выпятила вперед мощную грудь.

– Ну как?

– Да, пожалуй, утопить тебя будет очень сложно, – вынесла свой вердикт Марта.

– Это еще почему? – приготовилась обидеться Танька.

– А ты все время всплывать будешь, сало не тонет.

Танька зарычала от обиды и больше с Мартой в тот день не разговаривала.

Ночью Марту ожидало другое испытание. В одиннадцать часов, почитав при свете ночника книжку, она улеглась спать. После трудного и полного переживаний дня сон пришел сразу. Он навалился на девушку всей своей тяжестью. Сон был бесконечно длинным и тягучим, без сновидений. Казалось, будто Марта провалилась в саму вечность.

Вырвали девушку из оков Морфея чьи-то душераздирающие вопли, доносившиеся с улицы. Марта нехотя открыла глаза, включила ночник и скосила взгляд на будильник.

Шел только третий час ночи. Можно было спать еще минимум четыре часа, если бы не эти вопли, в которых девушке послышались знакомые нотки.

Марта встала, нащупала ногами тапочки и накинула на плечи халатик. Не спеша подошла к окну, приоткрыла шторку, выглянула в окно и инстинктивно отшатнулась. Внизу, перед ее окнами, на месте маршировал, высоко задирая ноги, ее бравый майор Дима. При этом он орал куплеты из какого-то военного марша и храбро размахивал длинным шестом, на который были нанизаны около десятка лифчиков разного размера.

– Марта, я тут! – радостно заорал он, увидев, что в комнате возлюбленной зажегся свет. – Я пришел к тебе просить прощения.

Но возлюбленная столь же сильного чувства восторга к нему не испытывала. В приступе тяжелой злобы на своего ухажера Марта пошарила глазами по комнате в поисках чего-нибудь тяжелого и ненужного, что было бы не жалко швырнуть в голову проклятого изменника.