Мастер времени. Офелия

А на голове надеты те забавные очки, которые в первую очередь заприметил Адам на перроне:

– К Вам попутчица, сэр, – произнес Адам, пропуская вперед себя леди. Мастер резко поднялся, отставив инструмент, и поприветствовал вошедшую безукоризненным наклоном головы: – Миледи.

Уложив чемодан леди в её отделение, Адам вышел на перрон, и в этот миг машинист дал третий, самый протяжный свисток, означавший, что до отбытия поезда оставалась одна минута. Ему оставалось лишь убрать поручни и закрыть дверь вагона, что он и проделал автоматически.

Дальнейшее путешествие требовало от Адама роли мальчика на побегушках, если можно было так выразиться: требовалось следить за паровой установкой в вагоне, спрашивать о нуждах пассажиров, а так же убирать в комнатах и коридоре вагона.

Вечером, когда электрические лампы сделали полумрак вагона чуточку уютнее, из своей комнаты в гостевую вышла его пассажирка. Она была одета по последней моде – в жакет с кармашками и длинную юбку с длинным разрезом до середины левого бедра, который скорее выставлял напоказ, чем скрывал кобуру с дамским «ремингтоном» 38 калибра.

– Позволите посидеть с вами, Мастер?

– Желание леди – закон для джентльмена, – улыбнулся он в ответ.

Она уселась в кресло напротив стола, уютно устроившись, и первое время просто смотрела на мелькающие вдали огни станций и полустанков. Иногда с приветственным криком мимо пролетал другой паротяг, и тогда старина «Том» в ответ гудел, вызывая неизменную улыбку у Мастера.

– Могу ли я поинтересоваться, – нарушила молчание нежданная попутчица, – почему вас называют Мастером Времени?

– Всё это людские предрассудки, леди…

– Леди Офелия, – приятно улыбнулась соседка Мастера.

– Однако ваш батюшка был большим оригиналом, да простится мне подобная дерзость, – Мастер первый раз за вечер посмотрел в глаза своей соседке. На него смотрели внимательные карие глаза, но в них чудилось что-то двойственное, Мастеру трудно было подобрать сравнение. Ведь ни в одни женские глаза он не смотрел так долго.

Казалось ли ему это чем-то постыдным? Он и сам этого не знал, но в сей миг сам взгляд в глубины её души показался ему чем-то несдержанным, первобытным, сродни древнему таинству друидов, чьими потомками считали себя гордые бритты.

Встряхнувшись, он обнаружил, что прошло несколько минут, хотя ему они показались всего лишь мгновениями:

– О, простите мне мою навязчивость, юная Офелия. Старик совсем растерял приличия.