Отец Иов. Сборник рассказов

– Я священник, – ситуация приобретала фантасмагорические черты, – мой святой долг бороться с силами зла.

– Жрец господина? – бородач был поражен.

В те еще недавние времена, когда отец Илий не был ни отцом, ни Илием, он мечтал, что будет нести Слово Божие в отдаленные селения, может даже Африки или Юго-Восточной Азии, он представлял, что как святейший апостол Павел войдя в совет старейшин, скажет: «Того Бога, Которого вы, не зная, чите, я проповедую вам», и как просветитель Алтая шаманам: «Единый Бог послал меня к вам рассказать о Нем».

И вот подобная ситуация. Кто эти люди? Язычники, а то и шаманисты, возносящие молитвы и, возможно даже, кровавые жертвы придуманным божествам и духам. Кого они называют «господином»? Истинного Бога? Отнюдь, иначе, православный храм не был бы в руинах.

Почему-то вспомнилась история про старую цыганку, которая, как она утверждала, лечила молитвами, «К кому обращаешься в молитвах?» – спросили ее, «К Господу» – «А как „Господь“ по-вашему?» – «Дэвел», – последовал ответ.

– Я священник Бога Единого, Благого и Милосердного, Господа и Спасителя нашего Иисуса Христа, победившего смерть и ад.

– Победившего ад? – старуха подозрительно всматривалась в глаза отца Илия. – Эти амулеты и книги в твоей сумке, – она кивнула на портфель, – для ритуалов и жертвоприношений?

– Это не амулеты, матушка, но в целом ты права: для молитв и священнодействий.

– Снегирь, проводи жреца в храм. А я соберу старух и схожу за Дедом-заклинателем.

«О, Господи! Это же махровое язычество! Не в тундре за Полярным кругом, не в сельве Амазонии, не на островах Полинезии – в Приуралье!», – удивлялся отец Илий, когда его конвоировали до капища.

* * *

«В клетку его!» – кричала старуха в доме, теперь отец Илий полностью осознал, что же она имела ввиду. У высоких ворот побеленного храма висели на столбах 4 небольшие стальные клетки, в которых скорчились человеческие скелеты.

– О, Господи! – воскликнул монах, перекрестившись. – Вы сумасшедшие! Вы убили их!

– Убили, – согласился Снегирь, – они продались Неназываемому.

Все произошедшее с иеромонахом за эти сутки просто не укладывалось у него в голове. Этого не может быть, потому что не может быть! Но вот медленно раскачиваются на ветру цилиндры клеток, и в них кости. Черепа раззявили зубастые рты, словно хохочут или кричат, сквозь истлевшую одежду проглядывают ребра, руки и ноги торчат из-за прутьев на свободе, некоторые скелеты лишились кистей и ступней.