Рабы народа. Утопическая новелла

Однако полное отсутствие денежных средств и других средств подкупа, а главное, отсутствие желания идти навстречу в решении таких вопросов у второй стороны, делало невозможным возврат к прежнему положению дел.

Подозреваемые и обвиняемые в злоупотреблениях служебным положением, служебных подлогах и прочих должностных грехах чиновники принялись уповать на возможность получения индульгенций в результате сотрудничества со следствием. Сбиваясь, выкладывая в своих показаниях всю информацию, касающуюся преступной деятельности своих бывших коллег, начальников и подчиненных, чиновники каялись, умоляли о пощаде.

В порывах отчаяния сообщали они о причастности к своей преступной деятельности родных отцов, братьев, детей, нынешних и бывших жён, мужей, любовников, кумовьёв, друзей, посвящали следствие в самые пикантные подробности своей жизни.

Однако же, облегчив свою душу и память чистосердечными признаниями, чиновники не получали взамен прощения и возвращались в дома и квартиры, где, обескураженные и потрясённые, со страхом ожидали своего первого рабочего дня.

Нередки были случаи суицида и бытовых убийств по причинам сделанных признаний, но общество уже настолько привыкло к неприглядным смертям высокопоставленных чиновников, что всё менее и менее интересовалось их подробностями.

Оставшиеся в живых и убедившиеся в безысходности собственного положения чиновники приняли новую данность, тем более что за ними сохранились рабочие места и властные полномочия, и они по-прежнему оставались на бюджетном обеспечении.

Единственным отличием от их прежнего статуса явилось отсутствие возможности когда-либо уволиться с занимаемой должности по собственному желанию, сменить место проживания, а также возможности заниматься чем-либо ещё, кроме служебной деятельности на благо Народа.

Места проживания и проведения досуга чиновников и членов их семей, отныне ограничивались жилищно-бытовыми комплексами, включавшими в себя всю необходимую инфраструктуру, в том числе лечебно-профилактические и дошкольные заведения.

Такие резервации были созданы на базе старого жилого фонда, расположенного в депрессивных районах населенных пунктов, обеспечивались военизированной охраной и обслуживались персоналом из числа, как свободных граждан, так и членов семей чиновников. Внутри жилищно-бытовых комплексов имелись все условия для полноценной жизни, за исключением возможности покинуть территорию комплексов.