Шаг в никуда

? Руана, ты с нами?

Покачав головой и набрав в грудь побольше воздуха, орчиха тяжело вздохнула и кивнула. После, она молча расстелила накидку у печи и, улегшись на ней, заявила:

? Я обещала присматривать за тобой, и я присмотрю. Утром будет видно.

После этого Руана отвернулась к стене и моментально засопела.

? Шаграт, а ты? Ты с нами пойдешь? Тебе же все равно, куда идти? Так ведь? ? задорно спросила орка Бетси – Так идем с нами. Веселей же!

Шаграт на это ничего не ответил, а только что-то неразборчиво проворчал.

После, он удобно облокотился на стену и закрыв глаза попросил:

? Подбрось побольше дров, перед тем как лечь спать.

Глава 6. Сон на грани реальности

За окном бушевала непогода. Крупные капли дождя барабанили по крыше и, собираясь в небольшие ручейки, стекали вниз. Ветер за окном негромко завывал от злобы и отчаяния, безуспешно пытаясь проникнуть в теплый и уютный домик, что приютил ночных путников.

Огонь в печи жадно обгладывал поленья, довольно урча и наслаждаясь предсмертными потрескивания своих жертв.

Его пламя освещало комнату, придавая всему алый оттенок, причудливо играя с тенями, давая им свою жизнь. Маленький, тесный дом был наполнен теплотой и уютом.

Наши зеленокожие друзья мирно спали, негромко посапывая и изредка что-то бурча себе под нос. Руана ? лежа на правом боку, укрывшись накидкой и положа руку под голову. Такой себе зеленый и смертоносный калачик. Шаграт же спал по-простому – полусидя, скрестив руки на груди и с умиротворенным выражением лица.

Это выглядело довольно забавно. Попробуйте представить себе танк. Обычный, современный танк. Теперь представьте, что он вдруг ожил и обзавелся лицом буддийских монахов. Вот что-то похожее.

Мы сидели с Бетси за столом. Ужинали припасенной еще в Малом Азвеле едой и просто говорили. Обо всем. Обо мне. О ней. Об ужасном дожде и моей причудливой куртке. Причудливой для нее, конечно же. Слишком толстая и легкая. Пуховики, с… ? они такие.

Немного поев Бет, как и многие девушки, расслабилась.

Я бы даже сказал – подобрела. Слегка. Она рассказала о себе. О том, что своих родных папу и маму она практически не помнит. Когда ей было чуть больше шести лет, в том месте, где они жили, произошло что-то плохое. Что именно ? она не помнит, но ей отчетливо врезались в память крики с улицы. Встревоженное лицо матери. Суровый взгляд отца. Все это ? больше образы, чем четкие картинки. Смесь сильных детских эмоций, слез и совсем немного информации.