И гаснут звезды

Некоторое время она общалась только с мальчиками из секции борьбы, куда ходила, когда ей было одиннадцать.

Однажды к ним в класс пришли двое мужчин и позвали всех мальчиков в клуб дзюдо. Из двенадцати одноклассников Леры записалось трое. Четвертой и единственной девчонкой была она сама. Валерия не могла однозначно ответить, почему тогда сделала это. Скорее всего потому, что все её бывшие подруги ни за что бы не пошли заниматься единоборствами, а ей хотелось доказать, что она отличается от них, показать свою независимость.

Отец одобрил выбор Леры, хотя и грозился прийти в зал, разобраться с тренерами, когда его дочь приходила домой с синяками после спаррингов. А вот её мама всегда была против. «Девочка не должна драться!» – таким было её мнение. Но Валерия продолжала занятия. Собственно, с этими мальчишками из секции она вскоре и подружилась.

Пару минут отец косился на дочку, глядящую в окно, пока муки совести за неоправданную агрессию не взяли верх.

– Ты уже думала, чем будешь заниматься в новом учебном году?

– Пока нет.

– Может ты всё-таки… – начал было Белов.

– Нет, в секцию я не вернусь.

– А мне нравилось, когда ты туда ходила. Тебе не надо было целыми днями после школы сидеть дома. Да и знания приёмов для девочки в таком городе как наш – полезный навык.

– Я знаю, но не хочу, – повторила Лера.

– Почему ты ушла тогда? Тебе разонравилось бить пацанов?

– Мы же это уже обсуждали с тобой. Я разошлась во взглядах с тренером.

– Ах, ну да, точно, – закивал Белов, хотя он и не запомнил, о чём тогда разговаривал с дочерью.

– Это же всё из-за…

– Ну? – Лера повернулась к отцу. – Ты продолжишь? Или ты как обычно меня не слушал?

– Я всегда тебя слушаю.

– Тогда на счёт три оба скажем, о чём я тебе тогда говорила. Идёт?

– Хорошо, – Белов-старший попался в ловушку, расставленную собственной дочерью.

– Три. Два. Один…

– Из-за мамы, – быстро сказал её отец.

– Вегетарианство! – одновременно с ним произнесла девочка.

– Что? – поразился Михаил Белов.

– Чего? – Лера удивлённо посмотрела на отца. – Почему из-за мамы?

– Ну… я подумал, что тебе было трудно в тот период… И ты решила бросить занятия, потому что мама не одобряла их.

– Потому что я подумала, что так она может вернуться? – Лера скорчила рожу, выражая своё мнение относительно этой мысли.

– А разве нет?

– Конечно, нет! Она ушла не из-за того, что меня швыряли через себя три раза в неделю.