Руны и зеркала

Он сунул Анастасу свернутый клочок бумаги и умчался дальше. За ним тревожно барражировали два квадрокоптера – рыжий обормот был под особым присмотром.

Анастас развернул клочок бумаги и прочитал, с трудом разбирая стремительный почерк:

Анастас! Извини, если обидела тебя на обеде. Приглашаю тебя на мой день рождения. Сегодня в 23:00, после проверки, в библиотеке. Не бойся дежурного – с ним обговорено. Надень фрак. (Шучу). Записку эту съешь. (Тоже шучу).

А может, и нет.

    Ольга

Анастас миновал коридор и тихо спустился по двум пролетам лестницы.

Библиотека «Опоры Жизни» располагалась в подвале. Дверь оказалась не заперта. Анастас вошел в библиотеку, мысленно радуясь, что разминулся с дежурным. Верхний свет был выключен, горели только маленькие лампы над читальными столами. В библиотеке он был совершенно один. «Шутка!» – рявкнуло в голове у Анастаса. – «Юмористы!»

– Чего стоишь? – спросил его голос из-за спины.

Анастас, вздрогнув, обернулся. На маленьком диване около стены сидел дежурный, сложный и вредный дед, бывший мичман-подводник по прозвищу Мухоморыч.

Он сделал сложный жест рукой, вероятно, открывая какую-то программу в нейте, и сказал:

– Я вас по браслетам всех вижу, сукиных детей. Все уже пришли, одного тебя где-то носит.

– Я… просто…

– Я тоже не сложно, – оборвал Мухоморыч. – Иди в подсобку, там они.

В подсобке было тесновато от книжных стеллажей. Кто-то поставил на пол туристический фонарь, который светится после встряхивания, и казалось, что горит маленький костер.

Вокруг фонаря, скрестив ноги по-турецки, сидели Ольга, Тикиляйнен и неизвестная Анастасу женщина в одежде персонала. Пророк, у которого одна нога не гнулась, подпирал стеллаж.

– Добрый вечер, – сказал Анастас. – С днем рождения, Ольга.

Он неловко вытащил из кармана пластиковую трубочку от пентазина, внутрь которой ему с большими предосторожностями удалось вложить три сиреневых цветочка, найденных в парке во время прогулки.

– Ой, спасибо тебе! – обрадовалась Ольга, вскочила, переступила через фонарь и поцеловала Анастаса в щеку.

– Ого, ловкач! – уважительно сказал Тикиляйнен. – А я, главное, тоже видел растительность эту, но не смикитил!

– Так. Германа ты знаешь, Пророка тоже. А это – Софья. Она работает в столовой.

– Очень приятно, Анастас.

– Она – жена Мухоморыча. Типа наш агент у свояков, – пояснил Тикиляйнен.

Софья достала из-за спины небольшую коробку, поставила ее рядом с фонарем и открыла.