У оружия нет имени. Книга 2

Но девушка не выглядела расстроенной и напуганной. Она медленно шла по комнате, переступая через лужи крови и нечистот, жадно рассматривая обезображенные трупы.

Её губы тронула улыбка.

Блайз следил за ней с облегчением и нарастающим удивлением. На его памяти дворняги реагировали на подобное зрелище иначе. Совсем иначе. Гражданские орошали окрестности рвотными массами, рыдали от ужаса, теряли сознание, стояли столбом. Инструкторы и офицеры были деловито равнодушны, трупы интересовали их ровно в границах поставленной задачи.

Разве что люди из группы зачистки, бывало, радостно улыбались при виде подобного зрелища.

Это воспоминание несколько успокоило репликанта. Люди, похоже, по-разному реагировали в силу индивидуальных особенностей характера.

– Девчонку перенеси, – попросила Свитари.

Блайз выудил рабыню из кровавой лужи, наскоро оттёр ей лицо и руки подолом платья лежавшего рядом трупа и перенёс в комнату, отведённую невольнице под жильё. Крохотная каморка, где едва помещались узкая койка и тумбочка с вещами.

Пожалуй, единственным примечательным предметом тут был крюк, вмонтированный в потолок рядом со светильником.

Репликант уложил девочку на койку, вернулся к Ри и отвёл её в спальню старшего – там было чисто и закрытая дверь преградила путь неприятным запахам.

– Лучше подожди тут, пока я приберу, – сказал Блайз, беря девушку за руку.

Та крепко, так, что он хорошо почувствовал даже сквозь баллистическую ткань перчаток, сжала его пальцы. Взгляд Свитари заметался по «шестиглазому» шлему, и репликант раскрыл забрало.

– Спасибо, – шепнула она, глядя ему в лицо.

Расширенные от возбуждения зрачки делали глаза Ри почти чёрными.

– За что? – удивился репликант.

– Мне никогда ещё не делали таких подарков, – сказала она с той особенной интонацией в голосе, что так нравилась Блайзу.

И поцеловала.

Свитари целовала его долго, страстно, будто они снова вернулись к началу круиза, а не стояли посреди захваченного объекта, заваленного изуродованными трупами.

Ноздри репликанта затрепетали, руки привычно прижали к себе горячее гибкое тело. Автодоктор тревожно замигал пиктограммой, сообщая о гормональном сбое. Кожу проколола игла инъектора в попытке привести «тактическую единицу № 355090» в нормативное состояние.

Тщетно.

С каждой минутой кровь репликанта вскипала всё сильнее, требуя пересмотра приоритетов.

– Сейчас… – с трудом выдавил он в перерыве между жадными поцелуями, – …не лучшее… время. Опасно.