У оружия нет имени. Книга 2

Свитари сделала ровно то, что обещала, обеспечив его необходимым для освобождения брата оборудованием. А то, что ей, возможно, нравилось происходящее… Строго говоря, а почему нет? Ри ведь рассказывала о самых разных формах любви, включая отношения без обязательств. И никогда ничего ему не обещала.

Обидно, но факт.

И он сам он не задавал вопросов о природе их отношений. Да, Блайз не раз говорил Свитари, что любит её. Но ни разу не слышал ничего подобного в ответ.

Вздохнув, репликант пообещал себе трезво разобраться в ситуации, после того как освободит саджа.

Попросит Ри объяснить ему простым языком, как называется то, что она к нему испытывает. И испытывает ли вообще.

В груди опять шевельнулось нечто неприятное, нашёптывающее, что Ри может солгать. Что с ним она притворяется так же, как с теми союзовцами. На душе стало пакостно, но Блайз утешил себя неоспоримым аргументом: стреляла Лорэй в солдат Союза, а не в него. Хотя шансов у неё было предостаточно.

А это говорит в пользу её искренности.

Успокоившись, Блайз наконец сумел сосредоточиться на предстоящем задании.

Репликант дождался пересмены. С радиопереговорами проблем не возникло: Блайз записал образцы голосов экипажа и успешно справился с ролью капрала. А, дождавшись сменщика, немедленно тронулся к точке сбора, проигнорировав обиженно недоумённое:

– Э! А потрындеть?

– Делать мне нечего – трындеть с тобой, – проворчал себе под нос репликант. – Болтун – находка для врага!

В точке сбора вездеход встал на указанное место среди таких же машин.

Командир подразделения провёл перекличку, и колонна тронулась, увозя сменившихся сапёров на отдых.

Заехав на территорию базы, репликант задумался. Сержанта – это аксиома любой армии – держали в закрытом охраняемом блоке, для проникновения в который требовался специальный пропуск. Соваться туда внаглую – самоубийство. Значит, надо сделать так, чтобы враг на объекте оказал минимальное сопротивление.

Загнав машину в бокс, репликант не торопился выходить. Блайз отрегулировал окрас своей брони так, чтобы тот соответствовал союзовскому, и прикрепил часть затрофеенного снаряжения прямо поверх. При беглом взгляде несоответствий не было заметно, особенно учитывая тот факт, что наступила ночь и часть освещения на территории базы отключили. Приметный шлем пришлось снять и спрятать в сумку для оборудования, заменив трофейным.