Эксперимент «Сказка»

Отец еще с мгновение побыл серьёзным, а потом рассмеялся:

– Вера Неверящая!

– Пап! – ответила девочка, заражаясь смехом, – Вера Устинова, 5-й «Б»!

– Ладно, Вера Устинова, тебе скоро просыпаться. В школу пора.

– Не хочу я в школу. Хочу еще с тобой немножко побыть. И с мамой. Что б мы опять вместе…

Но отец промолчал и даже почему-то отвернулся.

С гор подул морозный ветер, который принес несколько желто-красных листьев и бросил их в воду. Те закружились в незамысловатом танце, и круги на воде от их падения разошлись во все стороны мелкой рябью.

Заинтересовавшись, красная стрекоза села на один из листьев, но, не найдя ничего интересного, упорхнула так же стремительно, как и прилетела.

Вера почувствовала, что с другой от нее стороны появился еще кто-то. Она повернулась и увидела маму. Тихая радость согрела душу. На маме тоже была светлая одежда «без времени». Русые волосы падали на плечи, слегка развеваясь на ветру. У Веры перехватило дух, настолько мама была красивая.

Девочка сказала:

– Мамочка, ты у меня самая распрекрасная!

И та ответила с лукавой улыбкой:

– Пора вставать, соня. Подъем.

Вера не хотела спорить, но и просыпаться тоже не хотела. Она просто смотрела на маму, улыбалась и молчала. А затем перевела взгляд на озеро и стрекоз.

Все трое так и сидели, окутанные счастьем вечности, пока откуда-то сверху, где-то очень высоко в небе, не раздался грохот гигантского будильника в облаках, нависшего над озером. Звон стоял просто оглушительный.

И Вера все-таки проснулась.

Глава первая

Будильник, ушастое создание, давно сломался, еще задолго до рождения Веры. Такой круглый, с какими-то штучками сзади. Выцветший темно-зеленый обод, две потускневшие от времени медные «шапочки» с пампушками и стальной рычажок для завода пружины, еще тонкие стрелки и крупные цифры латиницей – семейная религия! Точнее сказать, не религия, а реликвия – Вера прекрасно знала, как правильно, но с детства называла так потому, что от механического чуда прошлой эпохи в сочетании со словами «семейная религия» веяло тайной.

А тайны Вера уважала и любила. А вот мама хотела выбросить сломанную безделушку. В ответ ей папа говорил, что обязательно снесет будильник в мастерскую и починит, когда руки дойдут. Но то ли руки у него не доходили, то ли он сам не доходил до мастерской, неизменным оставалось одно – сломанная вещь, захламляющая квартиру, по-прежнему оставалась нетронутой.