Угличское дело. Кроткий роман

Угличское дело. Кроткий роман

Денис Викторович Прохор

Смерть царевича Дмитрия в русской истории ломаной-переломаной политикой текущего момента, что и говорить, событие буреломное . После него как прежде никогда и не бывало. Его мрачная и злая энергия не осталась внутри верховой знати. Широкими кругами разошлась она в русском океане. Вызвала шторм. Он едва-едва не прикончил Россию. Разве что бог отвёл и люди на краю одумались. Версий много вокруг того, что случилось в мае 1591 года в Угличе. Здесь ещё одна. Но смиренная.

Роман кроткий. На приговор окончательный не претендует. Словесами пышными и не нужными глаз не туманит. Рассказывает про людей, из которых как из страниц складывается Угличское дело. Пожалуй, главное дело русской истории.

Денис Прохор

Угличское дело. Кроткий роман

Вступление

В 16-ое столетие Московское бывшее княжество ворвалось нежданно-негаданно. Единым русским государством. В ледяной геополитической пустыне, где скакали за данью блистательные в славе и ужасе монголы, где кто-то когда-то зачем-то жил в лесном небытии между псьеглавцами и Польшей явилась Русь.

Крепкая, спелая. Русь новая. Русь старая. Жизнями и душами миллионов людей выстраданная. Назад оглядываешься и диву даёшься из нашего пост-перепост модернистского далёка. Ладно Мамай, но как наиглавнейшего врага своего одолели? Самих себя? До сих пор в себя вместить не могу до чего предки матёрые! Мы не такие. Или пока не такие. Когда их древняя Русь погибла, они не её, не вселенских степных захватчиков винили. «Божьим промыслом за грехи наши». Не так с советской Русью получилось. Помните? Конечно, помните. «Не мы такие. Жизнь такая». Как решили, так и получилось. Начали жить чужой жизнью. А тогда нет. Как бы тяжко не было, своего держались. А тяжко было, словами не передать. Вроде на поле Куликово вышли. Победили. А через два года Тохтамыш дотла разорил Москву. И бонусом кровавым ещё полвека политического мелкотемья. Княжества русские плевались и ссорились. Глобально воевали за очередной сарай на меже. Литва наседала. Подбирала под себя Тверь и Новгород. Большая орда, а потом Казанское ханство душили набегами. Да и Москва после Дмитрия Донского опростилась. Забыла, не хотела, опасалась надвигающегося неумолимо величия. Сын и особенно внук святого в будущем Дмитрия, оба Василии, своими не успехами и злой судьбой и поступками, а больше не поступками основательно растрясли от Ивана Калиты собираемое наследство. Чужими слезами, своей совестью.