Буран, Тайга и Асмодей

Топор плотно засел в хребте, и меня самого едва не вырвало, когда я пытался вырвать его. А в следующий миг я почувствовал, как меч впивается в мою спину. Дыхание сперло на вдохе, и я узнал, как не сладко умирать. Боль разбежалась по всему телу. Чудовищная боль. Казалось бы, такую боль стерпеть без крика невозможно, но на самом деле легко, потому как кричать я уже не мог. Ноги отнялись, как будто мамин кот неделю на них отсыпался, не дав пошевельнуться. Я повалился на труп миньона, захлебываясь кровью внезапно фонтаном вырвавшуюся из горла.

– Госпожа, вы не ушиблись?

Я растянулся на полу в хижине. Передо мной мелькнула надпись «load complete». Я был готов вскочить на ноги и завопить лучшее голливудское «нееет!», но все тело ныло так, что не осталось сомнений в реальности произошедшего накануне.

– Я умер?

– Отнюдь, госпожа, вы были спасены. Память скоро вернется к вам.

– Я не дома, как так? – Я не ожидал ответа, просто грустил вслух.

– Вы в моем доме, госпожа, – Ответил Игзигаль, – Но он полностью в вашем распоряжении.

Я медленно поднялся на ноги, без удивления заметив, что снова оказался в бинтах.

– Кхе-кхе.

Рыжий маг пришел в себя после моей спиртовой отрыжки

– Это совсем не смешно! – Мейбилост, надувшись, стал оттряхивать мантию и извлекать перья из своей шевелюры, – Вы израсходовали целый пузырек моего зелья, конечно я не жмот, но вам хватило бы и глотка, чтобы восстановить силы.

Ну вот, подумал я, начался день сурка,… Я устроился на перине и поник. Теперь я был уверен, что не сплю, по крайней мере, это не обычный сон. Проткни меня мечом в обычном, я бы уже вскочил в своей постели, обливаясь потом или чем-нибудь еще. Но я снова здесь.

– Игзигаль, закончи наш ужин, будь добр, – Маг устроился на единственный табурет, а послушник вновь взялся за недоструганного кролика.

Ощущение было премерзким. Как будто я знаю, что сплю, но не могу проснуться. Похоже на тюрьму в собственной голове. Теперь я стал мыслить большими масштабами: может игра оказалась порталом в ад? Или я просто помер и попал в ад. Да, интеръерчик конечно миленький, но осознание того, что я застрял здесь, да еще и в чужом теле, в окружении средневековых идиотов даже без возможности умереть. На меня это наводило просто иррациональный ужас.