Антимаг. Клан

Её взгляд метался между ним и рогатым гигантом.

Человеческий голос сейчас звучал странно для Стрижа. Одновременно знакомым и чуждым, пустым, словно перестук сыплющихся камней. Лишённый наполнения, самой сути. Лишь колебания звука и ничего больше.

Помимо голоса рогатого демона, Лёха слышал нечто поразительное. Смутное, ускользающее, пленительное. Что-то звало его, приказывало, требовало, влекло. Чем-то это напоминало чувство, что довелось испытать у разлома, но всё же ощутимо отличалось от него.

Отвечать Мие Стриж даже не пытался, боясь помешать Белочке. Лишь кивнул и выставил руку ладонью вперёд, призывая ничего не предпринимать.

Даран, воспользовавшись паузой, окружил себя, пустотников и лежащих Робина и Гюнтера невысокой огненной стеной. Не то чтобы она служила серьёзным препятствием для рогатого, скорее позволяла не загнуться от дикого холода.

Пасть Стрижа вновь сама собой распахнулась, издав очередной рык с нотками металла. Голова раскалывалась от поступающих в неё образов, и он усилием воли попытался перевести речь демонов в привычные слова.

Не получилось.

Кровь стучала в висках, мысли вяло ворочались в голове, переполненной чуждым содержанием.

Зато Даран с пустотниками отступили и перегруппировались, оттащив подальше так и не пришедшего в себя Робина. Гюнтер сумел убраться сам, медленно передвигаясь на заплетающихся лапах.

Зов, звучавший, казалось, в самом мозгу, становился всё навязчивей. Но тянуло Стрижа не к рогатому, не к одному из магов, не закрытому разлому, на чьём месте ещё слабо мерцал воздух.

Гигант медленно подошёл, и земля содрогалась от каждого его шага. Лёха жестом остановил бросившихся было на помощь пустотников и позволил Белочке продолжить странный разговор.

Демон наклонился, приблизил морду и озадаченно принюхался. Чёрный язык беспокойно сновал между острых клыков.

“Теперь убей его!” – неожиданный приказ Белочки заставил вздрогнуть.

Не особо раздумывая, Лёха одним стремительным движением крыла отсёк такую близкую голову демона и отпрыгнул, опасаясь конвульсивного удара умирающего.

– Это что сейчас было?.. – глядя, как грузно оседает громадная туша, удивлённо спросила Миа.

Стриж и рад был бы ответить, но перестроенная Белочкой глотка не особенно подходила для человеческой речи. Да и что сказать? Он и сам не слишком хорошо понимал, что произошло.