Пермский спринт. Круизы детства моего

Билетная лотерея

Летом 1991 года здание саратовского речного вокзала еще было вокзалом.

В огромном просторном зале, адаптированном одновременно и под зал ожиданий и под кассовый зал, сиротливо стояли несколько стандартных скамей-кресел для пассажиров. Большие смотровые окна хоть и были несколько запыленными, но еще служили окнами, а выход на гигантский балкон, с которого открывался шикарный вид на Волгу и причальную стенку, был открыт для всех желающих.

Исключительно резким контрастом этому большому с высоченными потолками залу выступала кассовая зона.

Хотя одно маленькое окошко никак не тянуло на зону. Увешанное со всех сторон обычными альбомными листами с расписаниями, ценами и всякой другой информацией, оно изначально способствовало организации столпотворения и давки. Желающих уплыть было много, свободных мест было мало, и оба этих фактора наэлектризовывали атмосферу вокруг окошка до стадии крайней напряженности.

До высшего «красного» уровня нервозность поднимал тот факт, что билеты на проходящий теплоход можно было приобрести лишь за час до прибытия этого самого теплохода.

Ни о какой брони заранее речи не шло, отчего факт отправки в речное путешествие спрогнозировать было категорически невозможно.

Наша заранее выбранная цель – дизель-электроход «И. И. Шишкин», следовавший рейсом Астрахань – Пермь, прибывал в Саратов в одиннадцать часов утра седьмого августа. По этой причине чемоданы были собраны еще с вечера шестого с верой в лучшее и надеждой на его величество Случай.

В восемь утра билетный десант в составе меня и папы выдвинулся к речному вокзалу. В случае успеха операции, отправление в рейс, намеченное на половину третьего, позволяло нам успеть вернуться домой, пообедать и уже всем вместе с вещами приехать на посадку.

Адреналину возбужденному и накрученному неопределенностью ситуации состоянию добавило осознание собственной неосмотрительности: в половине одиннадцатого выяснилось, что мы ждем не у того окошка.

Продажу билетов на рейсовые теплоходы сегодня объединили в одной кассе с билетами на местные линии, где была уже своя солидная очередь.

Чертыхнувшись, мы заняли новую позицию. Цепочка стоящих перед нами желающих убраться этим днем из Саратова составляла человек двадцать. Курсируя от начала очереди к нашему месту, я сообщал папе, кто куда брал билеты.