Сборник рассказов. Избранное. Они действительно начинают воплощаться

– Ну отлично! Чё, как, работаешь?, – Василич продолжал тянуть резину, хотя премудростям разговора в университетах не обучался.

– Не-а… – Иван начинал злиться, потому что прекрасно понимал издевательство единственного работодателя.

– Короче… это.. тут халтурка есть, – наконец разродился прораб, – как раз по твоей части. Пойдешь? Нужен бульдозерист на неделю. Платят нормально. Что скажешь?

Иван уже захмелел, и туго соображал: либо согласиться сразу, либо слегка повыпендриваться, чтобы набить цену и послушать, как Василич будет уговаривать.

Но разум и пустота в кошельке взяли свое, и правильное решение пришло быстро.

– Да, давай. Чего-где?

У главы района

Человек в дорогом сером костюме и белой отглаженной рубашке долго рассказывал про объект, про генплан, про согласования и разрешения, про то, какое это будет строительство, сколько, чего и как.

Глава района из последних сил делал вид, что он что-то слышит и что-то понимает.

Вчерашняя баня не прошла даром для здоровья, и сегодня страшно болела голова.

Он бы устроил выходной, если бы не эти дельцы со своей стройкой и московскими деньгами.

Сидя в кожаном кресле, он безбожно потел, вытирая пот носовым платком с лысины, висков и всех своих подбородков.

В какой-то момент пришлось поддакивать, и он закивал, наливая себе в стакан минералку и снова истекая потом. Кивание не добавило счастья, а только еще больше усилило похмельную боль.

Ему уже давно опостылели эти девелоперы со своей строгостью, проверками и четкими схемами.

Все уже было сто лет как понятно. Он знал, что и где нужно подписать, кому позвонить, на кого надавить и кому пригрозить.

Перспективный участок не требовал многих согласований. Там не было стратегических строений. Не проходила железная дорога или федеральная трасса, там не нужно было разруливать вопросы с собственником, короче все на мази.

И все равно эти чистоплюи в дорогих костюмах на блестящих машинах, продолжали минимизировать свои риски.

На какое-то мгновение он поплыл в своих мыслях, картинка стала глухой и размытой.

Наконец, он услышал:

– ..и подпись нужно поставить здесь и здесь.

С тоской покосившись на пустую бутылку минералки, он взял протянутую ручку, и молча расписался, где ему показали. Отодвинул бумаги от себя, и уставился в окно, откуда безжалостно били свет и жара.

Ему было все равно, что ему говорят в благодарность, как собирает и упаковывает бумаги серый костюм, и что вообще там дальше будет на этом участке.