Калининград. Заметки поехавших

Нашлось даже место маленькому открытию: оказывается, в природе существуют миниатюрные копытные с мордами грызунов – патагонские мары. Они весело дичали, будучи в одном загоне с флегматичным ослом.

Покинули зоопарка мы в третьем часу.

Продолжив движение по проспекту Мира, мы сперва прошли здание бывшего кенигсбергского кинотеатра «Скала» (1938–1940), затем – памятник «Землякам-космонавтам». Он представлял собой огромное кольцо, а-ля космическую орбиту, с помещенной внутрь скульптурой человека – покорителя космоса.

Мы изрядно проголодались, а еще больше – утомились. Так что сесть перекусить было единственно верным решением. В нашем районе 2ГИС отыскал аж две столовых: подешевле и подороже. Но я уже, видимо, успел окончательно перегреться, так как в мыслях о первой привел нас на порог второй. Для того потребовалось миновать ЦПКиО и, не сворачивая, перейти проезжую часть. Общепит, куда мы вломились, имел название «Поварешка».

На раздаче мы сплоховали: пожадничали. И, нахлебавшись супа, смогли осилить лишь одно второе на двоих.

Содержимое лишней тарелки (где лежал булгур с овощами и парой тефтелек) пришлось запаковать в ланч-бокс и забрать с собой. Хорошо хоть нашелся вариант с упаковкой, поскольку оставить такую гору еды было бы «больно».

Надо сказать, что пока мы брели из зоопарка в столовую, а после – наедались, как хомяки, тучи, гонимые не бог весть откуда взявшимся ветром, застилали небо все плотнее. Погода будто решила вознаградить нас за отвагу, превратившись из невыносимой в комфортную.

Ту самую, что готова омывать потоками холодного ветра раскаленные тела, дабы привести их в чувства, словно пригоршня ледяной воды. Ту самую, что вот-вот обернется ливнем, но которая никак на то не решится. И хотя казалось: дождь неминуем, забегая вперед, скажу, что он так и не смог собраться – немножко покашлял и успокоился. А ведь в какой-то момент даже подумалось, что не брать с собой дождевики было крайне опрометчивым решением.

Вернувшись на проспект, мы углубились в район с сохранившейся исторической застройкой и еще немецким названием Амалиенау.

Район, где, вопреки прусским канонам, ни одна из улиц не пересекается с другой под прямым углом.

Сложно представить, что после британских бомбардировок 1944 года, когда на Кенигсберг упало около 500 тонн бомб, какие-то из районов могли остаться практически нетронутыми. Но Амалиенау, как и его соседу Хуфену, посчастливилось уцелеть, чему во многом поспособствовало их периферийное положение.