Простушка. Роман

Я не хотела улыбаться и поощрять Бракса Дженкинса. Однако это было практически невозможно.

Когда мы дошли до входа в общежитие, Бракс поймал входную дверь, из которой как раз выходила группа девчонок. Они все скользнули по мне странным взглядом, а одна из них сказала сиплым голосом:

– Эй, привет, Бракс, – а затем уставилась на меня, почти бросая вызов, когда я проходила мимо.

Я не стала вмешиваться. Да они просто невыносимы. Всегда бросается в глаза, когда девушки флиртуют, к тому же это выглядит глупо и как-то по-детски.

И ведь они могут никогда не узнать, что стоит за красивой внешностью или за обезоруживающими глазами. А я знала это не понаслышке, а так сказать, владела информацией из первых рук.

– Дамы, – ответил он. Все девчонки вышли, беспрерывно хихикая и шепчась. Он придержал дверь, не переставая глазеть на меня, и я вошла внутрь.

– Твой фан-клуб? – спросила я, когда мы дошли до лестницы. Как минимум его знали. Надеюсь, я не заработаю сифилис, ведь меня всего лишь поцеловали.

Он фыркнул и странно на меня посмотрел.

– Можно и так сказать, – многозначительно ответил он.

Полчаса спустя Бракс принес последнюю коробку в мою комнату. Он буквально прирос к полу возле меня, сложив свои татуированные руки на груди. И эти его безумные глаза смотрели на меня решительно. Выгнув бровь, он спросил:

– Имя?

– Оливия Бомонт, – я протянула руку для пожатия. – Спасибо за помощь, теперь ты можешь оставить меня в покое.

Бракс взял мою руку, но его взгляд был сосредоточен на моих глазах, а затем его сильные пальцы обвились вокруг моих.

Искра волнения прошла сквозь меня, когда он прикоснулся ко мне, немало удивив. Я натянуто улыбнулась и взмолилась, чтобы он не смог ничего понять, глядя на меня. Бракс выглядел ошеломленным – видно от того, что я предложила ему пожать руку. Хотя он и не сжимал мою руку слишком сильно, я могла почувствовать его силу. Улыбка подняла уголок его рта, когда он спросил:

– А второе имя у тебя есть, Оливия Бомонт?

– А что, эти имя и фамилия недостаточно хороши? – Но он продолжал молча пялиться.

Я покачала головой. «Странный вопрос», – подумала я, но все же ответила:

– Грейс, – сказав это, я вспомнила, что нужно отпустить его руку.

Его улыбка озарила все лицо, она волшебным образом превратила его резкие черты, шрамы и грубость во что-то… Совершенно другое. И это что-то заставило мою кровь забурлить, застав врасплох.