Богоборцы. Книга 2

Ты сам обещал на ней жениться, помнишь?

– Но… мне тогда девять лет было… – у меня кусок пирога из рук выпал. – А ей шесть. Тёть Люд, вы серьёзно?

– А как же, – подбоченилась соседка. – Слово одарённого – кремень! Сказал – значит женись! Вон дочка хоть сейчас готова. Правда, Машенька?

– Ей пятнадцать всего, какая свадьба… – я в шоке поглядел на залившуюся алым цветом девчонку, отпустившую взгляд и, похоже, мечтавшую провалиться сквозь землю. – Да и вообще, бред всё это. Я никому ничего не обещал, а что ляпнул в детстве, так то по дурости.

– По дурости или нет, значения не имеет. – Овчинникова твёрдо гнула свою линию. – Дал слово – женись! Или я этого просто так не оставлю. Я до самого главного дойду, чтобы правду найти!

В этот момент остальные гости очнулись от шока и поднялся такой гвалт, что самого себя слышно не стало. Все что-то орали, доказывали и пытались перекричать других, а я сидел, опешив от случившегося, и в голове крутилась только одна мысль: вот ни хрена себе сходил за хлебушком!

Глава 4

– Чего, прям так и сказала?! Ой, не могу!!! – и Колька Гудин, один из моих деревенских корешей, дико заржал, хлопая себя по ляжкам.

 – Вот Наумиха даёт!!!

– Так что, когда свадьба? – подхватил смех Ромка Лукин, ещё один пацан из нашей компании. – Жоних!

– Идите в пень! – я беззлобно огрызнулся, взяв бутылку, и одним движением разлил самогон по стопкам, ровно, будто по линейке. – Вот вам смешно, а девчонка рыдает.

– Это Машка-то, Овчина? – Колька презрительно скривился и подхватил рюмку.

 – Ага, только не по тебе. Она с Васькой Рыжим с фермы мутит уже год. Наумиха на него уже два раза заяву писала, мол, развращение малолетней и так далее. А куда, если кобыле мало того, что пятнадцать, так она уже пару лет как по рукам пошла.

– Брешешь! – я аж замер с рюмкой в руке. – Да не было такого!

– Все знают! – Колька махнул рукой, чуть не разлив спиртное. – Мы сами офигели, а когда Наумиха-то в первый раз с заявой кинулась, менты документы подняли, в том числе медосмотр ежегодный у гинеколога.

А там чёрным по нечёрному, мол, вот тогда ещё целкой была, а потом уже нет. Короче, она с каким-то городским связалась, к родне приезжал. Ну он её и научил новой игре. Хотя реально, кто там кого, ещё вопрос. Машка та ещё шлёндра.

– Все бабы б… – начал было Ромка, но я решительно оборвал его командирским голосом, который неплохо освоил за время подготовки к битве роботов.