Небесная река

И не забывай, это же бессмертие для твоей копии, за которое ты платишь, окончательно уничтожая оригинал себя. – Билл помолчал, а затем пожал плечами, гоня прочь эту мысль. – С другой стороны, в реале многие проявляют интерес к заморозке трупов, и в колониях появилось множество компаний, которые предлагают хранить людей после смерти – совсем как Изначального Боба. Только теперь у них есть стазис-капсулы, так что процесс не является необратимым. И дела у этих компаний идут блестяще.

– Потому что когда ты вернешься…

– То это по-прежнему будешь ты.

– Но не для таких, как Джастин, которые возражают против этого из-за религиозных убеждений, – вздохнул Уилл.

Целую миллисекунду мы помолчали, соболезнуя ему. Уилл, «лицо Боба», в течение десятилетий поддерживал особенно близкие отношения с нашими родственниками. Смерть Джулии, а затем и ее сына Джастина, стала для него таким же сильным ударом, как и гибель Гомера.

Билл продолжил:

– Минус еще и в том, что мы много лет гоняли по галактике, спасая человечество, умирая в космических войнах и, в общем, играя роль скотины, которую бросили на съедение дракону.

Гарфилд ткнул в меня пальцем, чтобы подкрепить свои слова:

– И не забывай, что в то время правительства называли репликантов копиями, автоматами, которые не являются людьми. Они считали, что у нас нет никаких прав – и подобные взгляды, в общем, сохранились до сих пор.

Я кивнул.

– А они хоть кого-нибудь воскрешают? Ну, я про трупы.

– Да, значительное число людей воскресили, когда их болезни научились лечить. Во многом это связано с деятельностью фонда по борьбе с раком, который создали Говард и Бриджит. Судьба остальных замороженных мертвецов в основном зависит от успехов в области геронтологии. Бороться со старением до сих пор не научились. В какой-то момент замена органов на их клоны превращается в латание дыр, а когда начинает портиться мозг, то, в общем, процесс теряет всякий смысл.

– Значит, во вселенной Бобов есть и другие проекты. В «Сингулярности» прыгунов есть определенный смысл, но остальные… – Я помолчал. – «Шелки», как у ван Вогта? «Егеря»? «Космические драконы»?

Гарфилд рассмеялся.

– Помнишь, как Марвин пытался воссоздать в ВР сцены из всех книг, которые он когда-либо читал? Так вот, оказалось, что это просто ерунда.