Все эти миры

Ну вот, а говорят, что публику нелегко рассмешить.

Арни вытер слезу.

– Ты же так не делаешь, да? Не открываешь живот…

– Нет, – ухмыльнулся я. – Но часто угрожаю так сделать. На Бриджет это уже не действует, так что я рад, что у меня появились новые жертвы.

Взрыв смеха привлек к нам внимание, но люди за соседними столиками начали постепенно терять к нам интерес.

– Насколько ты похож на человека? – спросила Сильви и пришла в ужас, услышав собственные слова. – О боже, я не то имела в виду! Ну то есть…

– Все нормально, Сильви, меня не так-то легко обидеть.

Мы постарались сделать андроидов как можно более реалистичными – и для нас, и для других людей. Поэтому они чувствуют боль, у них есть эмоциональные реакции, рефлексы и так далее. Проект, разумеется, еще не завершен.

– Хм. А это включает в себя…

– Проект еще не завершен, – ухмыльнулся я.

Бриджет закатила глаза.

– Может, мы уже закажем?

Я улыбнулся ей и подозвал официанта.

Как только он принял у нас заказ, я обвел взглядом собеседников.

– Слушайте, я – человек. По крайней мере, когда-то им был. Я вырос в Миннесоте, у меня были родители и сестры, я учился в школе и так далее. Вы же не станете плохо думать о человеке с искусственной рукой, верно? Ну вот, считайте, что я – экстремальный случай ампутации.

Бриджет поперхнулась вином и закашлялась. Быстро похлопав ее по спине и приведя наш стол в порядок, я ухмыльнулся.

– С другой стороны, без таких рефлексов я могу обойтись.

Обед прошел без значительных событий; мы разговаривали, смеялись, пили.

Я тщательно следил за тем, чтобы пить меньше остальных – соревноваться в данной дисциплине было бы нечестно с моей стороны.

Кумар все же слегка перебрал, и у него неизбежно развязался язык. Пока мы сидели, глядя на пустые десертные тарелки, он слегка наклонил голову набок и ухмыльнулся мне.

– Ну что, планы по захвату есть? Вы же можете это сделать, да? У вас стратегически выгодная позиция, у вас есть оружие…

Рида, помрачнев, сжала кулак и замахнулась.

Я протянул руку, останавливая ее, и сурово посмотрел на Кумара.

– Почему все постоянно хотят захватить мир? Никогда этого не понимал. Правитель мира – отвратительная работа. Нет, ни за что. С Другими мы разберемся, но в остальном рассчитывайте только на себя.

Возможно, я выразил свои чувства чуть более страстно, чем намеревался, поскольку у моих собеседников брови поползли на лоб.

– Слушайте, – добавил я, пытаясь сгладить ситуацию.