Восточный Экспресс. Любовь сквозь время

Младшая сестра Сали, успешный фотограф журнала Vouge позвонила, чуть только забрезжил рассвет на краю небосвода.

– Сали, ну какого дьявола так рано? – бросила Мари в трубку. Вставать не хотелось ни сегодня, ни вообще никогда. Как и все предыдущие дни, в течение последних двух месяцев.

С того момента, как беременность так жестоко была прервана само?й жизнью, и её бросил Марсель, из дома она практически не выходи?ла. Была сломлена и всё для Мари потеряло смысл.

– Подъём Мари! Хватит хандрить! У меня сногсшибательная новость! Встречаемся на нашем месте через полчаса.

Хоть в люди выйдешь! И никаких отмазок я не принимаю! – в трубки раздались гудки и ещё раз чертыхнувшись, девушка с неохотой, вылезла из кровати и направилась в ванну.

Если Сали что-то приходило в голову, то её уже было не остановить. Целых два месяца та почти не донимала Мари, но сегодня, видимо, решила пойти напролом.

Мари знала, что Сали приедет к ней домой, а той очень не хотелось показывать в каком заброшенном состояние пребывает её берлога.

Словом, дешевле пойти навстречу, думала девушка, отсидеть, согласно кивая в такт её очередной гениальной идеи, а затем вновь погрузить в кровать, забраться под одеяло и страдать, страдать, страдать.

Из зеркала на Мари смотрело незнакомое бледное лицо, со спутанными волосами и впалыми щеками. Девушка шумно выдохнула. Когда в последний раз ела, она не помнила. Абсолютно не было аппетита.

Краситься не хотелось, поэтому девушка стянула волосы в хвост на макушке, наспех натянула на себя мешковатые джинсы и худи розового цвета, надела солнечные очки и, бросив в сумку ключи от машины, захлопнула за собой дверь квартиры.

До кафе "George V" на Елисейских полях Мари добралась быстро, пробок на дороге не было, потому что все нормальные люди воскресным ранним утром спят, зарывшись в мягкие одеяла и подушки, пришла к выводу девушка.

Сали, радостно помахала ей рукой, как только та припарковалась. Сразу было видно, что её переполняло счастье и веселье, и этим очень раздражала сестру.

…Мари любила свою сестрёнку, и ближе никого больше у неё не было на этом свете. Но сейчас желания веселится у второй сестры абсолютно отсутствовало. Тотальная, перманентная депрессия, из которой выходи?ть не хотелось, накрывала её. И ещё эти кошмары не давали спать спокойно по ночам. Незнакомыми людьми, странными местами, чужие города, и ужасный тип со шрамом на пол лица, который постоянно её преследовал.