Игра на выбывание

– А если всё-таки он у меня есть? Почему я не могу попытаться освоить его? – недоумевал Гленус.

– Потому что пусть он лучше дремлет в тебе, иногда безобидно проявляясь, чем, пробужденный сознательно, выйдет из повиновения и погубит нас. Теперь ты понял?

– Не совсем, – признался парень. – Я всё равно считаю, что лучше научиться контролировать такие опасные проявления, чем пускать их на самотёк.

– Можешь считать, как угодно, но я запрещаю тебе заниматься самодеятельностью в этом направлении! – категорично заявил Паврус и, помолчав пару секунд, добавил: – Надеюсь, ты не будешь оспаривать решения отца?

– Даже не собираюсь, – помотал головой Гленус.

– Я рад, – с явным облегчением проговорил Паврус.

– Но у меня к тебе есть один вопрос.

– Говори.

– Вы с матушкой знали о том, что у нас в предках был Чёрный маг?

Паврус шумно вздохнул и задумчиво провёл рукой по волосам.

– Признаться, я ни о чём подобном раньше не слышал, – молвил он. – И не могу сказать, насколько правдива эта история.

Гленус кивнул и украдкой улыбнулся. Прошлое его семьи по-прежнему хранило свои тайны, но зато теперь он видел, что родители от него ничего не скрывали. Во всяком случае, он хотел в это верить.

Оставшийся путь до кладбища они прошли в молчании. Перспектива быть убитыми своими же соседями не навевала радостных мыслей. Оба будто физически ощущали, как смертельная опасность точно невидимым покровом накрыла их. К тому же опасность эта исходила не столько от мертвецов, сколько от самого Гленуса, а точнее – от его предположительно пробуждающегося колдовского дара.

Оставалось надеяться, что односельчане ничего не узнают, хотя бы какое-то время. Это время им требовалось, чтобы определить, действительно ли Гленус обладает Тёмным Даром, и решить, что им предпринимать в этом случае дальше.

Внимательный осмотр кладбища не выявил явных следов выхода покойников из своих могил, но кое-что отец и сын всё же заметили.

Так, на некоторых могилах земля оказалась чересчур рыхлой и немного вздыбившейся, будто что-то вспучило захоронения изнутри. Таких могил они насчитали семь – именно столько мертвяков и пришло к дому Ютаны. Причём нельзя было сказать, что эти погребения являлись свежими, некоторым, насколько помнил Паврус, шёл уже который год. И это обстоятельство озадачило его.

– Значит, они умеют самостоятельно зарываться, – тягуче проговорил он.