Незримая сила

Конечно, Аркенстон был необычным камнем, но эльфы не считали его таким уж выдающимся – на своём долгом веку видали они алмазы и покрупнее, и позначительнее. Взять хотя бы те же легендарные Сильмариллы[5 - Сильмариллы – светящиеся драгоценные камни, главное творение и сокровище Перворожденных эльфов. Изначально камней было три, но с веками два из них бесследно сгинули, а третий вознёсся на небо вместе с героем древности Эарендилом, став там одноимённой звездой. Именно светом этой звезды наполнила в своё время Галадриэль светоносный фиал, подаренный затем Фродо Бэггинсу.

].

– Что в этом камне особенного, если вы из-за него с ума сходите? – тихонько спросил Леголас у Гимли, отведя его в сторону. – Сначала Торин Дубощит едва не устроил из-за него войну, а теперь и вы готовы перерыть всё Средиземье в его поисках.

– Он… исключительный, – скупо уронил Гимли и поджал губы, всем своим видом говоря, что продолжать эту тему он не намерен.

– И чем же? – Леголас, однако, его ответом совсем не удовлетворился.

– Он был самый огромный, какой только смогли добыть потомки Дьюрина… – выдавил Гимли, поняв, что так просто от этого допроса не отделается.

– И всё? – не унимался Леголас. – А может, ещё потому, что он самопроизвольно светился, как говорят очевидцы?…

– Может, и поэтому, – согласился Гимли, старательно не смотря другу в глаза.

Заподозрив, что его приятель не совсем откровенен, Леголас прищурился.

– Так-так, Гимли, а ну выкладывай всё начистоту, – потребовал он.

 – Я же вижу, ты что-то скрываешь. Никакие камни сами по себе обычно не светятся, так в чём здесь подвох?

Гимли упрямо засопел, но, не желая обижать лучшего друга, наконец тяжело вздохнул.

– Прошу, Леголас, не надо, – взмолился он, страдальчески подняв на эльфа глаза. – Это, пожалуй, величайшая тайна гномов во всём Средиземье, и я обещал хранить её до самой смерти!

– До своей или до моей, Гимли? – воскликнул Леголас.

 – Теперь я точно могу умереть от любопытства! Клянусь, я не выдам никому вашей тайны без твоего на то дозволения!..

Гимли опять вздохнул, внимательно огляделся по сторонам, а затем обречённо взмахнул рукой.

– Ладно, так и быть, скажу, – нехотя проговорил он. – Только подойди ближе…

Леголас наклонился к нему, и Гимли едва слышно зашептал ему на ухо:

– Аркенстон ценен не только своими размерами и чистотой.