Незримая сила

Так думал Гимли, который, подобно другим гномам, тоже не очень любил леса, ну а Сумеречье, в свете последних событий, и подавно. После встречи с пауками-мертвяками он сейчас бы с большим удовольствием лазил по самым неуютным гоблинским тоннелям, чем по лесным чащобам, кишащим нежитью.

Но как бы то ни было, в данный момент Сокровище Эребора, скорее всего, по-прежнему находилось в руках своего таинственного похитителя, уже который день водившего за нос не только целую толпу гномов, но даже местных хозяев – Сумеречных Эльфов.

И изловить его требовалось любой ценой.

И вот, соблюдая повышенные меры предосторожности, отряд снова шёл в южном направлении. Окружающий лес всё так же был дряхл и тёмен, но совсем не безжизнен, как это показалось гномам вначале. С некоторых пор, когда их глаза уже привыкли к постоянному окружающему сумраку, они стали замечать на деревьях или среди прошлогодней листвы на земле юрких белок и бурундуков. Но мельтешение этой живности не принесло радости путникам, потому что шкуры у всех этих зверьков имели совсем уж неестественный для данной местности чёрный цвет, отчего они выглядели крайне зловеще.

Что гномы не замедлили обсудить.

– Какой-то необычный окрас у этих грызунов… – заметил Бофур, кивнув в сторону очередной такой белки. – Помнится, похожие водились в Сумеречье во времена ещё живого Саурона, когда его Тень достигала даже северной части этого леса.

– Увы, магическое влияние Тёмного Властелина не лучшим образом отразилось на местном зверье и растительности, – вздохнул Леголас, услышав его.

 – Но чёрный цвет животных – это далеко не самое главное и страшное изменение их тел. Раньше у многих изменённых зверей ещё и глаза светились…

– Да, я помню это, – вставил Нори и с содроганием передёрнул плечами. – Брр, до чего жутко, когда такие глазищи пялятся на тебя из темноты!

– Особенно, когда ты не можешь разглядеть, кому они принадлежат, – добавил Дори. – В такие моменты воображение рисует в голове самые кошмарные картины.

– И что же в итоге заставило глаза этих зверей погаснуть? – спросил у Леголаса Гимли.

– Смерть хозяина Барад-Дура, – веско ответил тот. – Вскоре после этого глаза испорченных животных начали тускнеть, а затем и вовсе потухли.

– Ну, может, теперь и остальные ненормальности пройдут, – с надеждой промолвил Бофур.

– Насчёт цвета их шкур я бы не рассчитывал на быстрые перемены, – обернулся к гномам Сэл-Мулад, шедший впереди Леголаса.