Пророк

Здесь чьи-то соблазнительные ножки, тут реклама аппетитной еды (аж слюнки текут), там толпа счастливых людей с натянутыми улыбками и белоснежными зубами. Фальшивки. И вся это сказка переливается в моче, вытекающей из-под ног старика, который пристроился к стене, чтобы отлить. Мы проносимся мимо, но старик, кажется, замечает мой взгляд.

Да, вся это идеальная жизнь не для таких, как он. Она для кого-то другого, но не для него…

Через десять-пятнадцать кварталов водитель жмёт на тормоз и припарковывает авто.

Девчонки сзади сидят и смотрят в телефоны. Нежный свет отражается на их выточенных лицах. Я тоже тяну руку за смартфоном, чтобы расплатиться, но водитель останавливает меня и говорит:

– Этого не нужно. Все поездки из сто первого пентхауса оплачивает мистер Гой.

Как любезно с его стороны. Я киваю и выхожу из авто.

За спиной хлопают две двери. Я иду в подворотню неподалёку, а сам думаю: как же приятно не расставаться с баблом. Забавно, сколько бы денег у тебя не было, когда их отдаёшь, всё равно испытываешь мерзкое ощущение, будто под ложечкой сосёт.

Говорят, это как-то связано с зонами в мозгу, отвечающими за боль, – островковыми долями. Ощущение при трате денег схоже с тем, когда к тебе подходит медсестра со шприцом и собирается сделать укол, и чем больше сумма, с которой предстоит расстаться, тем больше игла, которую в тебя собираются всадить.

При входе в подворотню стоят ржавые ворота из прутьев без створ. Наверху горят красным покосившиеся неоновые буквы «HG».

Я прохожу за них, громила на входе открывает передо мной двери в клуб. Он кивает и говорит:

– Добро пожаловать, мистер Салливан.

Он называет меня по фамилии, потому что знает, кто я такой, – я здесь завсегдатай. Я оставил тут такую кругленькую сумму, что без проблем мог бы сам открыть на неё клуб, и намного круче, чем эта дыра.

Громила спрашивает:

– Девушки с вами?

Я киваю:

– Ага.

Особенностью этого места является то, что им заправляют очень серьёзные люди. И даже если у тебя денег куры не клюют, это ещё не значит, что тебя пропустят.

Это своеобразный Ватикан большого города, Нассау Вест-Индии – здесь свои правила и свои законы, и то, что происходит в этом месте, навсегда остаётся в нём.

Трек: ALEX & TOKYO ROSE – Antagonist

Я заныриваю внутрь: звуки улицы остаются позади. Темно, только светодиодные полосы ползут по стенам и по краям ступенек, спускающихся вниз. Оттуда доносится музыка, как раскаты грома. Я спускаюсь.